— Я тебя серьезно спрашиваю! — сказал Андрей, повышая голос.
Старик вдруг поднялся.
— Спокойной ночи, панове, — произнес он, плавно подвигав котелком над головой. — Добрых сновидений.
Андрей не обратил на него внимания. Он смотрел на Изю. А Изя, щипля бородавку и слегка подпрыгивая на месте, смотрел вслед удаляющемуся старичку, осклабясь до ушей и уже заранее давясь и кряхтя.
— Ну? — сказал Андрей.
— Какая фигура! — с восхищением прошипел Изя. — Ах, какая фигура! Ты дурак, Воронин, ты как всегда ничего не знаешь! Ты знаешь, кто это такой? Это же знаменитый пан Ступальский, Иуда-Ступальский! Он выдал гестапо в Лодзи двести сорок восемь человек, дважды его уличали, дважды он как-то выкручивался и подставлял вместо себя кого-нибудь другого. Уже после освобождения его окончательно прищучили, судили судом скорым и правым, но он и тут вывернулся! Господа Наставники сочли полезным вынуть его из петли и переправить сюда. Для букета. Здесь он живет в сумасшедшем доме, изображает психа, а сам продолжает активно работать по своей любимой специальности… Ты думаешь, он случайно оказался здесь, на скамеечке, как раз рядом с тобой? Знаешь, на кого он теперь работает?
— Заткнись! — сказал Андрей, усилием воли раздавив в себе привычное любопытство и интерес, которые одолевали его во время Изиных рассказов. — Меня все это не интересует. Как ты здесь оказался? Откуда, черт возьми, ты знаешь, что я был в Здании?
— А я и сам там был, — спокойно сказал Изя.
— Так, — сказал Андрей. — И что же там происходило?
— Ну, это тебе видней, что там происходило. Откуда мне знать, что там происходило с твоей точки зрения?
— А что там происходило с твоей точки?
— А вот это уж тебя совершенно не касается, — сказал Изя, поправляя на коленях свою объемистую папку.
— Папку ты взял там? — спросил Андрей, протягивая руку.
— Нет, — сказал Изя. — Не там.
— Что в ней?
— Послушай, — сказал Изя. — Какое тебе дело? Что ты ко мне привязался?
Он еще не понимал, что происходит. Впрочем, Андрей и сам еще не вполне понимал, что происходит, и лихорадочно раздумывал, как действовать дальше.
— А знаешь, что в этой папке? — сказал Изя. — Я раскопал старую мэрию, это километрах в пятнадцати отсюда. Копался там весь день, солнце погасло, темнотища, как у негра в заднице, никакого освещения там, сам понимаешь, уже лет двадцать нету… Плутал я там, плутал, еле выбрался на Главную — кругом развалины, дикие голоса какие-то орут…
— Так, — сказал Андрей. — Ты что, не знаешь, что в старых развалинах рыться запрещено?
Азартное выражение исчезло из глаз Изи. Он внимательно посмотрел на Андрея. Кажется, он начал понимать.
— Ты что, — продолжал Андрей, — инфекцию в Город затащить хочешь?
— Что-то мне твой тон не нравится, — сказал Изя, криво улыбаясь. — Как-то ты не так со мной разговариваешь.
— А ты мне весь не нравишься! — сказал Андрей. — Ты зачем мне голову забивал, будто Красное Здание — это миф? Ты же знал, что это не миф. Ты же мне врал. Зачем?
— Это что — допрос? — спросил Изя.
— А ты как думаешь? — сказал Андрей.
— Я думаю, что ты себе голову сильно зашиб. Я думаю, тебе надо умыться холодненькой водичкой и вообще прийти в себя.
— Дай сюда папку, — сказал Андрей.
— А пошел ты на хер! — сказал Изя, вставая. Он сильно побледнел.
Андрей тоже встал.
— Поедешь со мной, — сказал он.