– Карл Иваныч, там кандидат Тернов, не решается зайти. Изволите принять?
Вирхов, не выпуская из рук кружки, поднялся и прошествовал к своему столу.
– Объявился, голубчик. – Он подмигнул доктору. – Проси.
Через мгновение в кабинете появился чистенький, отутюженный, благоухающий свежестью юный юрист.
– Добрый день, господин следователь! – поклонился он, сохраняя горделивую осанку.
– Докладывайте, Павел Мироныч, о проделанной работе.
Кандидат покосился на доктора, но Вирхов, сдвинув брови, не ответил на его вопросительный взгляд.
– По вашему указанию, Карл Иваныч, отоспался.
– Поздравляю, – усмехнулся Вирхов. – Большая победа.
– Кроме того, – не моргнув глазом, продолжил Тернов, – установил, что отец покойного Степана Студенцова ведет свои финансовые дела через банк Вавельберга.
– Ну и?
– Сам купец торгует в Гостином дворе коврами.
– Индийскими и персидскими? – иронически поинтересовался Вирхов.
– Да, – несколько сник Тернов. –Я ковры осмотрел. Вряд ли он нелегально отправляет в ковровых рулонах социалистов за границу.
– И на каком же основании вы делаете такой решительный вывод? – с издевательским вызовом спросил Вирхов.
– Ковры индийские весьма марки. Я осмотрел выставленные в витрине. Один изображает синие цветы и зеленые листья на белом фоне. А другой и вовсе лазоревый с желтыми лотосами.
– А вы уверены, что ковры индийские? – счел нужным вступить доктор.
– Уверен, – через плечо ответил Тернов. – В витрине есть табличка. Ковер индийский ручной работы. Поставщик – фирма «Ханопулос и К°».
– То, что индийские ковры поставляет в столицу фирма крымского грека Ореста Ханопулоса, мне известно и без вас, – осадил надменного юриста Вирхов, – и торгуют ими не только в Гостином дворе. Есть ли у вас, что сообщить мне по существу?
– Но почему господин Оттон, служащий банка Вавельберга, не упомянул, что сын ковроторговца Эрос Ханопулос здесь, в Петербурге?
– Я его об этом и не спрашивал, – парировал Вирхов. – И почему он должен знать, что Эрос Орестович прибыл в столицу? Господин Оттон не держит лавку в Гостином дворе!
– Я думаю, господин Оттон умышленно скрывает свою связь с Эросом Ханопулосом! – уверенно изрек Тернов.
– Павел Миронович, не морочьте мне голову вашими домыслами, – поморщился Вирхов.
Юрист оскорблено замолчал.
– Ваш спор не имеет смысла, – примирительно произнес с дивана доктор. – Если они не были знакомы, то познакомились вчера на велодроме и вместе гуляли в «Аквариуме».
– И вместе оттуда ушли? – иронически спросил Тернов.
– К сожалению, я не заметил.
– А я этого не исключаю. – Тернов с вызовом смотрел на доктора. – Не удивлюсь, если Эрос Ханопулос и привез в своих коврах из Крыма взрывное устройство, передал его господину Оттону, а тот всучил его дураку Студенцову.
– Как вы выражаетесь о мертвом, милостивый государь! –Вирхов хлопнул ладонью по столу. – Да еще в день, когда несчастного отпевают и предают земле.
– Извините, Карл Иваныч, увлекся расследованием, о похоронах забыл.