– Ты молодец! Даже так выстрелить с первого раза смог бы не каждый… Давай, попробуй еще. У тебя будет все лучше получаться, вот увидишь.
Ирина стала стараться изо всех сил. Через несколько выстрелов из шариков посыпались цветы. Наконец цветы стали взрываться фейерверком, и Андрей ее еле увел. Она так увлеклась, что не заметила замешательства администратора аттракциона, который пытался понять, откуда эти спецэффекты. Потом они покатались на машинах и пошли в кафе перекусить. Вечер был на удивление солнечным и теплым, как будто сама природа радовалась их дружбе.
После долгого занятия самозащитой Дима вывел друзей на улицу. Надо заметить, что всем ребятам понравились его уроки. Димка был строг, ворчлив, но объяснял и показывал доходчиво. По самбо лучше всех был Макс. Он просто многие приемы сам знал, да и вес и рост сыграли свою роль. Санька же преуспел в уворачивании от ударов. Над ним все смеялись. Просто драться с ним было практически невозможно. Димка же сказал, что это тоже тренировка для нападающего. У Шуры с самбо были тоже проблемы. И тренироваться было тяжело, но Дима не отступал, строго требовал, над чем Герман смеялся и даже дразнился. Зато когда они пошли в парк, у всех было отличное настроение. Санька взял гитару, и они с Максом спели «Что такое осень». Димка им подыгрывал на свирели. Потом Коля ушел домой делать рации. Герман слушал одним ухом музыку в плеере, а другим ухом друзей. Шура сидела рядом с Максом и о чем-то думала. Многие останавливались послушать Саню и Макса, уж очень слаженно получалось. Вдруг Макс заорал:
– Вот это дива! Ты посмотри на нашего ходока! – обратился он к Герке. Все посмотрели в ту сторону, куда показал Макс. Даже Сашка и Димка перестали играть. Они увидели Андрея и Ирину. Он держал ее за руку, а она шла по бордюру. Они смеялись и болтали. Герман прищурился и заявил:
– Да, Весте далеко да такой…
– Вот она! Она… Это она… – задумчиво проговорил, словно одному себе, Димка, глядя на красивую девушку.
Саня как ни в чем не бывало пробормотал:
– Ну да. Она. Ирка это, моя одноклассница. Хорошая девчонка, но встречаться со мной отказалась. – И он опять запиликал на гитаре. Шура же посмотрела на подругу и побледнела. Это заметил Герман.
– Что, Ниндзя приревновала? – сказал он. – Думала, он на тебя западет? А он с красавицей, не то что ты. Спорим, она даже на диете не сидит?
– Ты урод! – воскликнула, чуть не плача, Шурка, но Германа ее реакция еще больше разозлила:
– Я не виноват, что ты выбираешь парней не по зубам! И со вкусом у тебя, мягко говоря, не ахти. Если ты плохо одеваешься, я-то тут при чем?
– Придурок! Урод! Тормоз! – кричала Шура. Она принялась молотить его сумкой.
Герман остановил ее и развернул лицом к уходящей паре:
– Ты видишь, он даже не заметил тебя. Я бы тоже с такой красавицей никого не замечал. А не мудрено! Ты посмотри на себя: глаза – как пустые тарелки, нос вон вытянулся, за щеками ушей не видать! К тому же одежду носишь без лоска… Тебе только прыщей не хватает! Но ничего, они у тебя скоро вылезут!
Шура еле выдержала его тираду. Она набрала полную грудь воздуха, и тут над лавкой потемнело небо, подул влажный, холодный ветер.
– Ты что к ней пристал?! Она такая красивая! – раздался Сашкин голос. Медленно стало светлеть. Шура глупо выпучила на Сашу Кузенко глаза. Было понятно, что о ней таких слов никогда не говорили, никогда не заступались за нее. Герман взбесился:
– Красивая, да?!
– Еще бы! – горячо подтвердил Саша.
– Согласен! – гаркнул Макс. – Шурка вполне симпатичная! Это у тебя, брат, перед гонками крыша вперед тебя к финишу поехала! Может, ты неровно дышишь к ней?
Герман такого удара от близкого друга не ожидал:
– Я?! К ней?! – фыркнул Герман. – Это у тебя кузов совсем снесло!
– Может, хватит издеваться?! – прогремела Шурка и побежала вглубь парка. Герман крикнул ей вдогонку:
– Ты куда? Тебе же велено… – Но потом махнул рукой: – Она еще придет к нам домой!
Сашка догнал Шуру.
– Шур, Шура… – Он взял ее за руку. – Я тут подумал… Давай встречаться? Ты же хотела… Вот я и решил…
– Ты серьезно? – Шура огляделась, словно боялась, что кто-то их может услышать. Она закусила верхнюю губу и сказала: – Я подумаю.
Саня понял, что она не в духе и обижена. Он сказал:
– Я теперь с тобой, и Шумахер тебя не обидит. Я же твой парень! И ты… это… действительно красивая.
Шура, не веря своим ушам, улыбнулась, и они пошли обратно к друзьям.
Андрей привел Ирину на полянку в парке. Там стоял старый дуб. Ирина подошла к нему и дотронулась рукой до коры дерева: