Слава стоял, гордо задрав голову, прямо как настоящий король. Он важно ответил:
– В очереди уже стоят мои. Я извиниться хотел. Все так неправильно получилось… Давай забьем на все. В честь нашего примирения я приглашаю тебя в парк.
Андрей посмотрел на него внимательно. Он знал, что у Славы нет чувства дружбы и искренностью даже не пахнет. Но человек пошел на мир! Этого нельзя отвергать… призраку.
– Тогда мы придем вместе, – и Андрей положил руку на плечо Николая. Слава опять улыбнулся:
– Нет, ты не понял. Это конфиденциальная встреча. Я буду ждать.
И Слава, не дождавшись ответа, вышел. Коля оторопело смотрел на Андрея. Тут за дверью загорланил Макс:
– Ну ваще! Конди… кондев… не для нас встреча! – передразнил он Славу. – Видал? – спросил он у Коли.
– С ним на встречу я бы не пошел, – поежился Коля.
– Нашли дураков! А кто пойдет?!
Макс заметил взгляд Николая, который обреченно смотрел на Андрея, и обратился к последнему с надеждой:
– Ты ведь не пойдешь? Андрей задумчиво ответил:
– Нехорошо отказываться. Это встреча примирения, и он будет один. Тет-а-тет.
Рыжий заорал:
– И ты ему веришь?!
Андрей пожал плечами. Макс опять загорланил:
– Да нельзя так с ним! Он же тебя обводит вокруг пальца! Это все пыль в глаза!
Макс ходил кругами по классу и продолжал:
– Я слышал вчера его «извинения»!
– За ночь могло все измениться, – промолвил Андрей.
– Измениться? Да, погода, курсы валют, мировое правительство – но только не Железный Король! Славка чтоб изменился? – засмеялся Макс, и даже Колька захихикал. – Путья-перепутья! Ты ж его не знаешь!
И вдруг Рыжий стал серьезным:
– Лех, я прошу, не ходи. Откажись сейчас. Скажи, что у тебя срочное сообщение от бабушки – надо ехать к ней в больницу.
– Хороший вариант! – одобрил Коля. – Или перенести эту встречу на другой день, чтобы нам успеть приготовиться.
– К чему? – спросил Андрей. Он явно не понимал, для чего все это.
Макс взбесился от его наивности:
– Дураку понятно, что это западня!
Андрей сделал серьезное лицо и тихо сказал:
– Я не могу ему отказать. В любом случае это будет смотреться как трусость. А в моем роду не было трусов.
– Ну что за ахинею несет! – психанул Рыжий. – Тут говорят о жизни и смерти, а он о чести, понимаешь…
Коля же посмотрел на Андрея с восхищением и сказал: