Давным-давно, пять веков назад, в селе Тарновец жил бедный крестьянин Валенты Рыбка. Он имел небольшое поле, ещё меньший участок подмокшего леса да узкую полосу топких лугов, где приходилось пасти скот.
Впрочем, и остальным обитателям села нелегко жилось. Песчаная почва плохо родила, окружающие болотистые леса были труднопроходимы. А уж какая польза от мокрых лугов? Неудивительно, что жители Тарновца едва сводили концы с концами.
А вот совсем недалеко лежали богатые сёла и деревушки: Руды Пекарские, Ренты, Бжозовице. И там почвы не были плодородными, зато из недр земли добывали железные, свинцовые и цинковые руды. Таких богатств не было в Тарновце… Не было? Кто знает, может быть, богатства просто скрыты в земле и их нужно только найти. Валенты Рыбка твёрдо верил в это и старался убедить своих соседей.
— Люди почему вы не хотите ваять пример с жителей Бжизовиц? Поглядите только, как они ведут подземные работы и добывают свинец. А, ведомо, вместе со свинцовыми рудами встречается и серебро. Сколько новых изб выросло в Бжозовицах! Какой костёл недавно построен в селе! И у нас можно найти в земле сокровища.
— Бжозовице во многом уступают Олькушу. Вот там-то открыты несметные богатства! — сразу же подхватил один из мужиков. — А как зажиточно живут в Величке, где разрабатывают соляные копи, — добавил ещё один.
Валенты Рыбка замолк и со злостью посмотрел на мужиков, поняв, что они явно издеваются над ним. Спусти некоторое время он снова принялся за своё.
— О Величке и Олькуше нечего и говорить. Они слишком далеко от нас. А вот Бжозовице совсем рядом. Неужто только там залегают свинцовые руды, а у нас их нет?
— Вот что, кум Валенты, — добродушно заметил сельский староста, незаметно подмигнув собравшимся — начните копать на своём поле. Как только вы найдёте залежи, мы тоже приступим к работе.
Прежде, чем начать поиски, Валенты Рыбка решил подробнее познакомиться с тем, как добывают железную руду и свинец в соседних местностях.
Оказывается, рудокопы «сначала рыли яму: длиной в три локтя, шириной — около двух. Во избежание обвала они ограждали выемку невысокими стенками. После этого они постепенно углубляли ров и обшивали его досками. Песок, гравий и камни вынимали вёдрами. Встретив рудоносный пласт, рудокопы прокладывали вбок низкие, узкие штольни и тоже предохраняли их от обвала. Чтобы в штольни проходил воздух, их соединили между собой. Ведь под землей приходилось работать при сальных светильниках, те гасли при недостатке воздуха, да и люди могли бы задохнуться.
Посещая рудники в соседних сёлах и деревушках, Валенты Рыбка всё внимательно рассматривал, особенно инструмент каким работали горняки. Да какой там был инструмент! Глядишь, обычные лопаты, кирки, долота, клинья и молоты.
Валенты Рыбка много слышал от рудокопов об их страшном враге — подземном духе Шарлее. Хозяин сокровищ, скрытых в недрах земли, неохотно расставался со своими богатствами Боясь появления злого духа, рудокопы крайне редко произносили его имя. Но Шарлей все равно то и дело угрожал горнякам. Чаще всего он заливал рудники водой. Подземный дух умел выпускать из земли зловонные пары, от которых люди теряли сознание, а иногда и умирали.
Валенты Рыбка узнал и то, как добывают руду в холмистой местности, где жилы, выходя на поверхность земли, блестят среди камней. В этом случае в горной породе делали стамеской и молотком канавки, пересекающиеся между собой. Получалось что-то наподобие решетки. Когда канавки уже были достаточно глубокими, разжигали костёр. Раскалённые камни раскалывались и тогда без труда вынимали руду.
Обычно вернувшись в родное вело после очередного посещения близлежащего рудника, Валенты Рыбка вновь начинал уговаривать соседей, чтобы они помогли ему в поисках подземных богатств. Но соседи по-прежнему только насмехались над бедным крестьянином, большинство тайком, а некоторые и открыто.
Даже у себя дома Валенты Рыбка не имел покоя. Жена, женщина болезненная и ворчливая, целыми днями мучала мужа попрёками.
— Батюшки мои, — начинала она, как только Рыбка переступал через порог, — кругом столько работы, а ты ничего не делаешь, только о сокровищах думаешь. Ведь я не раз говорила, что хозяйство нельзя оставлять без присмотра. Какой из тебя хозяин, когда ты совсем о другом помышляешь! Никакие просьбы не помогают. Господи, образумься…
Жена не кричала, но беспрерывно брюзжала до самого вечера, пока не засыпала, а порой даже сквозь сон ещё бормотала:
— Ведь я столько раз говорила…
Однажды в середине лета Рыбка колол дрова во дворе. Неожиданно во двор вбежал его младший сын Флорек.
— Батя! — крикнул он. Беда! Наши волы влезли в трясину! Они вязнут всё глубже и глубже! Ступайте туда скорее!
Рыбка кинул топор и бросился бежать в ту сторону, где на лугу близ болота паслись три вола. Ещё издали он увидел, как старший сын Филипп тянул изо всех сил за веревку, пытаясь вытащить вола, завязнувшего в топи. Бедное животное с трудом поднимало то одну, то другую ногу и вязло всё глубже и глубже. Другие волы уже так устали, что у них не было сил бороться. Опустив головы, они спокойно стояли, как будто дожидаясь того момента, когда их полностью засосёт болото.
— Филипка, доски! Клади доски! — во всё горло кричал Рыбка.
Как раз на опушке леса лежали распиленные доски, приготовленные для постройки сарая.
И вот закипела работа. Отец с сыновьями в один миг наносили досок. К рогам волов они привязали верёвки и втроём принялись спасать испуганных животных. Верёвки врезались в руки, но ни отец, ни сыновья не чувствовали боли. Измученные неповоротливые волы, облепленные со всех сторон грязью, словно поняли намерение хозяина. Они с большим трудом вытаскивали ноги и ставили их на доски. Ещё не раз неуклюжие животные снова попадали в трясину, но твердый грунт был всё ближе и ближе. В конце концов они очутились на берегу, поросшем травой. Волы тут же легли ив луг. Их ноги, бока, шея и даже рога были покрыты слоем грязи, блестевшей на солнце.
Валенты Рыбка с сыновьями тоже очень устал, но у них впереди ещё было много работы. Нужно поскорее вынуть доски. Разве можно оставить их в болоте?
Где взять новые для сарая? Самые лёгкие и неглубоко ушедшие доски вытаскивали быстро, а вот некоторые приходилось вытягивать общими силами. Вынутые доски укладывали на берегу в штабеля, чтобы просохли.