– До чего же ты хороша! Как будто не было этих страшных лет!
По тому, как потемнели ее глаза, он понял, что сказал жуткую глупость, и покраснел от досады. Он поймал себя на мысли, что не знает, как себя вести с Лизой. Волей-неволей в голову лезли мысли про Самвела, который вернулся в горы довольный, как кот, объевшийся сметаной, про других Лизиных клиентов, про деньги, которыми он заплатил за паспорт, – деньги были Лизины, и Борис знал, как она их заработала.
Лиза первой нарушила затянувшееся молчание:
– У меня есть для тебя новости. Я точно знаю, что Исмаила убил один скользкий тип, господин Вэнс. Это он говорит «Шейс-с-с», как змея шипит.
– Да, так и было, – подтвердил Борис. – Стало быть, это он работает на турок…
– Ты не хочешь мне рассказать, зачем ты приехал в Батум? – спокойно спросила Лиза.
Борис оглянулся и шепотом поведал ей про убийство в феодосийской гостинице «Париж», про то, как он сбежал из контрразведки и контрабандисты привезли его в Батум.
– Мне очень нужно узнать кое-что у этого Вэнса.
– Не надейся, что он сам, по собственной воле расскажет тебе что-то, – предупредила Лиза. – Думаю, что и за деньги тоже ничего от него не добиться.
– А что ему вообще от тебя надо? – неприязненно спросил Борис.
– Не то, что ты думаешь, – усмехнулась Лиза. – Ему нужно, чтобы в пятницу, то есть послезавтра, я провела его в английскую миссию. У меня там есть знакомый, переводчик мистер Морли. И вот в пятницу у них там важное событие, англичане принимают каких-то важных людей из правительства Грузии.
– И этому Вэнсу нужно попасть на прием? – недоверчиво спросил Борис.
– Зная Вэнса, я думаю, что ему нужно кого-то из них убить, – честно ответила Лиза. – Очевидно, в пятницу, при большом скопище гостей, в миссию будет легче пройти, а потом… знаешь, не уплывают ли они в субботу утром на «Франце-Фердинанде» в Константинополь? Он как раз уходит в субботу… И Морли сказал, что в субботу он будет уже свободен…
– Ты уверена, что это он убил Исмаил-бея?
– Уверена, – твердо ответила Лиза. – Я видела у него порез на руке, от стилета, и это его шипение. Нужно отдать его бандитам из кофейни! – решительно добавила она. – А чтобы они тебе поверили, покажешь им вот это. – Лиза протянула Борису мужскую булавку с черной жемчужиной. – Скажешь, что нашел ее возле трупа Исмаил-бея.
– Лиза, – в отчаянии сказал Борис, – когда все это кончится, я увезу тебя.
– Куда? – грустно улыбнулась Лиза. – Насколько я поняла, ты отсюда собираешься в Феодосию, а там уж мне точно нечего делать. Здесь по крайней мере при англичанах хоть какой-то порядок. Людей не хватают на улице и не тащат в контрразведку. И какое положение будет у тебя там, в Крыму?
– Если мне удастся добыть доказательства моей невиновности, у контрразведки не будет ко мне никаких претензий, я смогу заняться поисками сестры, мне помогут. – Борис замолчал, он не говорил Лизе про Горецкого, потому что сам был в нем не уверен. – Но тебе не место в этом… в этом аду!
– Ад был там, – вздохнула Лиза, – а здесь только чистилище…
У входа в ненавистный Лизе развеселый дом ей встретился господин Вэнс.
«Легок на помине», – с ненавистью подумала Лиза.
– Куда это наша девочка ходила в таком цивильном виде? – осведомился Вэнс, улыбаясь одними губами.
– На фильму, – ответила Лиза, ничуть не смущаясь. – В «Паризиане» идет замечательная итальянская фильма из русской жизни. Называется «Ванда Варенина», не видели?
– Я ждал тебя, – сказал Вэнс, – пойдем наверх.
Лиза дернула плечом, но пошла.
– Как прошло вчера свидание с Морли? – спросил Вэнс, запирая за собой дверь Лизиной комнатки.
– Удачно, – ответила Лиза.
– Когда он придет в пятницу?
– Пораньше, хочет успеть перед приемом в миссии.
– Успеет, – злорадно, как показалось Лизе, произнес Вэнс.