— Теперь!
Герцогиня улыбаясь взглянула на Генриха и сказала:
— Разве ваше происхождение отдаляет вас от меня?
— Конечно! Нас разделяют политические интересы.
— Ну вот еще! — с очаровательной гримасой возразила Анна. Похоже, что вы мало заботитесь о политике, раз вы похитили меня!
— Но это потому, что я люблю вас, кузина! Герцогиня принялась отчаянно хохотать.
— Хотите доказательство? — спросил Генрих.
— А ну-ка!
— Вот видите, шаланда остановилась. Видите ли вы на правом берегу селение?
— Вижу.
— Ну, так, мы сойдем на берег и остановимся в единственной гостинице, имеющейся там. Вы ведь считаете себя пленницей, не правда ли? Ну, так вы ошибаетесь! Вы спросите себе экипаж и лошадей в деревушке и вернетесь в Блуа.
— Но разве вы забыли, что вы — наваррский король? — с удивлением спросила Анна.
— В данный момент я помню лишь об одном: что я люблю вас! — ответил Генрих.
Анна задумалась, затем сказала:
— Пока еще я не желаю свободы, поэтому будем продолжать наш путь!
XXII
Рассчитывал ли Генрих на такой ответ? Был ли он уверен в своем обаянии? Это неизвестно, только он не выказал ни малейшего удивления и удовольствовался кратким ответом:
— Пусть будет так, как вам угодно, кузина!
— Значит, вы меня любите? — спросила Анна.
— Да, я люблю вас!
— Вы, наваррский король, счастливый супруг Маргариты Валуа?
— Полно! Королева первая разлюбила меня! По отношению к ней у меня нет никаких угрызений совести!
— Но подумали ли вы, дорогой кузен, что наши семьи находятся в беспрестанном соперничестве и что мои братья…
— Лучше не будем говорить о них! — Генрих снова поцеловал руку герцогини и продолжал: — Я хочу сделать вам два предложения — одно сердечное, а другое — политического характера!
— Начнем с последнего!
— О, нет, тут положение несравненно более запутанно, тогда как сердечное соглашение, по- моему, крайне просто.
— Ну, так говорите, кузен, я слушаю вас!
— В то время как ваш брат остановился в королевском замке, вы предпочли поселиться в маленькой гостинице. Значит, вы не рассчитывали официально появиться на собрании штатов?
— У меня были для этого свои основания!
— Хорошо! Так вот вам пришел в голову каприз, и вы покинули Блуа…