— Я буду твоей один день, взамен ты должен сделать так, чтобы я встретилась со своим старшим братом, Алеком, и об этом никто не должен знать, — сказала девушка, с вызовом глядя в чужие глаза. Джонатан любил вызовы, а ещё больше он любил добиваться своего, причём, любым способом.
— Я согласен, я помогу тебе встретиться с ним, — Моргенштерн знал, как можно провести в их дом постороннего. — Оплата вперёд.
— Нет, ты можешь меня обмануть, я должна сначала встретиться с братом, а потом уже расплачусь с тобой. — твёрдо произнесла Иззи, но парень не готов был ей так просто уступать.
— Ты тоже можешь мне обмануть, дай хоть сейчас аванс, — девушка поморщилась и сделала то, что не хотела больше всего на свете.
Она потянулась вперёд и коснулась чужих губ, её сразу же втянули в глубокий влажный поцелуй, никак не подходивший под описание первого поцелуя пары.
Изабель не сопротивлялась, было даже не так плохо, как она представляла, Моргенштерн умел целоваться. Лайтвуд отстранилась первой, смотря на парня исподлобья.
— Доволен? — спросила она. Джонатан кивнул.
— Скоро ты увидишь брата, — пообещал он, неспешно покидая комнату Иззи. Она не жалела, что заключила эту сделку с дьяволом, ну, не совсем с дьяволом, а с ужасным человеком, у которого были проблемы с психикой. Это она поняла за долгое время проживания бок о бок.
Моргенштерн младший плохо контролировал гнев, когда он злился, он был неуправляемым, а в другое время парень вёл себя не лучше, очень заносчиво и высокомерно, из-за него Джейс превратился непонятно в кого и из-за него Изабель не хотела лишний раз контактировать со своими сожителями.
Но это был её шанс увидеть брата, и поэтому она без раздумий предложила эту сделку и сейчас ни капельки не жалела об этом.
***
Жизнь тянулась с каждым днём слишком монотонно и однообразно. Из-за запрета Валентина иметь какие-либо связи становилось совсем уж тошно.
Магнус не был трусом, он считал это заботой по отношению к другу — не рассказывать ему о своих чувствах. Ему хотелось быть с Алеком, но он боялся ставить его под такой риск.
— Я гулять, — крикнул Бейн, покидая квартиру и направляясь восвояси.
— Удачи, — отозвался Раф со своего места.
Нутро азиата желало сделать что-то, чтобы хоть как-то разбавить унылость своего существования, но ничего хорошего в голову не приходило.
Пойти к центру и высказать Валентину всё, что он о нём думает, было бы слишком, запрыгнуть к кому-то в постель было бы нечестно по отношению к Алеку и к тому человеку, чьей жизнью он будет рисковать, удовлетворяя свои сексуальные потребности.
Парень шёл, погрузясь в свои мысли и не замечая ничего вокруг. На секунду его взгляд замер на отдалённой куче бетона, где плиты создавали небольшую пещерку, в этой пещерке он заметил кого-то, а именно, ребёнка.
Детей в их времена иметь было категорически запрещено, поэтому глаза азиата увеличились вдвое. Он удивился и вместе с этим испугался за его жизнь. Бейн решил подойти, хоть и знал, что это ужасная идея.
Его доброе сердце отказывалось проходить мимо. Он присел на корточки рядом с кусками бетона. Малыш, испугавшись, вжался в камни, пытаясь отползти назад.
— Не бойся, — Магнус протянул к нему руку, но тот только скрутился в комок, — Я ничего тебе не сделаю, как ты тут очутился?
— Я сбежал из дома, — ребёнок не хотел выходить из своего укрытия, он внимательно разглядывал Бейна, проявляя явный интерес к его внешности. — Вы же не из «Круга»? К моим родителям приходили дяди из «Круга», мама сказала, что они плохие. И они хотят меня найти и забрать, поэтому я и сбежал, — залепетал мальчик.
— Я не из «Круга», давай я провожу тебя домой. Если «Круг» ничего там не нашёл, то там сейчас безопасно, к тому же, думаю, твои родители волнуются. Как тебя зовут? — спросил Магнус.
Он понимал, что иметь детей в данный период было ужасным решением, но ребёнок был именно той целью, счастьем, которого не хватало им всем. И, встретив малыша, Бейн обрадовался, что ещё не все вокруг превратились в послушных собачек Валентина, единоличников, думающих только о себе.
— Макс, — мальчик наконец протянул ему руку, и они пошли к близко стоящему практически полностью разрушенному дому. Его родители жили на первом этаже, это успел рассказать по дороге ребёнок, а ещё назвал имена своих мамы и папы. Бейну они показались очень знакомыми.
Как только они вошли в дом, в квартиру, или в то, что от неё осталось, к ним подбежала молодая женщина, обнимая сына и беря его на руки, следом за ней вышел мужчина и внимательно уставился на азиата.
— Я нашёл его здесь недалеко. Я буду молчать, — пообещал он, собираясь уходить. Но это ему не дали сделать два фактора: начинающий подниматься ветер, предвещающий появление торнадо и голос женщины.
— Магнус?
Комментарий к Глава 2 «Pressure»
• Изначально Джонатан должен был быть тварью и полностью отрицательным персонажем, но в процессе написания я неосознанно делала его разбитым человеком, который просто не знает что такое любовь, забота, нежность, чувства, и мне стало его очень жаль, поэтому я решила дать ему шанс.