— Избивают девушку? — удивленно повторил судья Ди.
Цзяо Тай стукнул себя кулаком по колену:
— Пакет! Какой же я дурак! Совершенно о нем забыл! Та кореянка отдала мне пакет, который ей доверил наместник Ван.
Судья выпрямился в кресле.
— Он может оказаться нашей первой зацепкой! Но почему судья передал сверток обыкновенной публичной девке?
— Ну, она сказала, что как-то ее наняли развлекать гостей на вечеринке в харчевне, — начал объяснять Цзяо Тай, — а старый греховодник возьми да и втрескайся в нее по самые уши. Он, конечно, не мог посещать ее на джонке, но частенько приглашал провести ночь в своем собственном доме. Однажды утром, примерно месяц тому назад, когда она уже собиралась уходить, он дал ей сверток со словами, что прятать нужно там, где никто не заподозрит. Он просил ее сохранить этот сверток и никому о нем не рассказывать, а когда эта вещь ему понадобится, он попросит ее вернуть. Она поинтересовалась, что там внутри, но он только рассмеялся и сказал, что это неважно. Затем он вновь посерьезнел и сказал, что если с ним что-нибудь случится, сверток нужно передать его преемнику.
— Почему же она не принесла сверток в суд после убийства наместника? — спросил судья Ди.
— Эти девицы, — пожал плечами Цзяо Тай, — смертельно боятся суда. Она предпочла дождаться, пока кто-нибудь из судейских не посетит джонку, а я оказался первым, кого она увидела. Вот он.
Цзяо Тай вытащил из рукава плоский сверток и передал его судье.
Судья Ди повертел его в руках и взволнованно произнес:
— Давайте посмотрим, что там внутри!
Он сломал печать и поспешно сорвал оберточную бумагу. Они увидели черную лакированную шкатулку. Крышка была украшена узором из двух бамбуковых стеблей, покрыта золотым лаком и обрамлена орнаментальной перламутровой инкрустацией.
— Очень ценная старинная вещь, — заметил судья Ди, поднимая крышку.
И тут же разочарованно вскрикнул. Шкатулка была пуста.
— Кто-то нас опередил! — Он подобрал оберточную бумагу. — Мне еще учиться и учиться, — огорченно добавил судья. — Как же я не проверил печать, прежде чем сорвал бумагу! Теперь уже поздно.
Нахмурив брови, он откинулся в кресле.
Старшина Хун с любопытством осмотрел шкатулку.
— Судя по ее размерам и форме, здесь хранились какие-то документы.
Судья Ди кивнул.
— Что ж, — вздохнул он, — это лучше, чем ничего. Покойный судья, должно быть, хранил здесь важные бумаги, куда важнее тех, что были обнаружены в письменном столе. Цзяо Тай, где девушка прятала сверток?
— В своей каюте, между кроватью и стенкой, — сразу отозвался Цзяо Тай.
Судья Ди окинул его проницательным взглядом и сухо произнес:
— Понятно.
— Она уверяла меня, что никому не говорила об этом свертке и никому его не показывала, — затараторил, чтобы скрыть свое замешательство, Цзяо Тай. — Правда, еще она говорила, что когда ее нет, этой комнатой пользуются другие девицы, а слуги и гости вообще ходят где хотят.
— Что означает, — подытожил судья, — даже если твоя девица сказала правду, практически любой мог обнаружить пакет. Еще один тупик! — Он поразмышлял немного, затем пожал плечами. — Ладно, просматривая книги в библиотеке судьи, я обнаружил записную книжку. Посмотрите, может, вам что-нибудь придет в голову.
Он открыл ящик стола и вручил записную книжку Ма Жуну. Тот перелистал ее, а Цзяо Тай смотрел через его плечо. Здоровяк покачал головой и вернул книжку судье.
— А не задержать ли нам для вас каких-нибудь отъявленных негодяев? — с надеждой в голосе спросил он. — У нас с другом котелки, может, и не варят, зато по части грубой работы мы настоящие мастера.
— Прежде чем задержать преступника, я должен его обнаружить, — с едва заметной улыбкой ответил судья. — Но не беспокойтесь, сегодня же вечером у меня будет для вас особое задание. По определенным причинам я должен обследовать ритуальный зал храма Белого облака, но так, чтобы никто об этом не узнал. Взгляните на карту и скажите, как это лучше сделать.
Ма Жун и Цзяо Тай склонили головы над картой, судья Ди водил по ней указательным пальцем.
— Как видите, храм находится в восточной части города, на противоположной стороне протоки и к югу от Корейского квартала. Тан рассказал мне, что ритуальный зал храма примыкает к внешней стене, а прямо за ней холм, густо заросший лесом.