— Можно я возьму у вас лист бумаги? — спросил Форли, намереваясь зарисовать себе его часть.
— Бери, перо на столе, если надо, — ответила Ноа. — Ты не первый, кто хочет понять, что они значат.
— И как?
— Никак. Они что-то значат. Это всё, что о них известно. Наверное, язык богов.
Вспоминая колонну Творцов в перекрёстке, которая также была покрыта рунами божественного происхождения, нисколько не напоминавшими этот узор, Форли отрицательно покачал головой:
— Нет, не похоже.
— И много ты в своих путешествиях встречал богов? — удивилась Ноа.
— Пока ни одного, но у меня всё ещё впереди, — с энтузиазмом произнёс маг.
— Ну-ну. Посмотри, плащ нормально висит, нигде не смялся? —поворачиваясь к нему спиной, спросила командующая.
Отвлекшись от процесса копирования узора на бумагу, Форли поднял голову, удивлённо замерев. Перед ним было что-то ослепительно яркое, белого цвета, словно заснеженная равнина в солнечный день. Таким был плащ Ноа.
— Вроде всё в порядке.
Кивнув, Кейтлетт одёрнула плащ и повернулась лицом. Она была первой женщиной на памяти Форли, которой доспех шёл к лицу. В нём Ноа выглядела будто бы живее, словно наконец оказалась в своей стихии. Вспомнив, какой маг её впервые увидел, в это легко верилось.
Сам доспех был лёгким и изящным, никаких нагромождений металла и острых углов, как у типичных рыцарей любого средне-чего-то-там. Нагрудник был покрыт сложным узором, который при внимательном рассмотрении превращался в разгневанную сову.
— Красивый доспех, — оценил Форли.
— Спасибо, — приняла комплимент Ноа и указала на картину, висевшую над столом. — Подарок короля: металл, из которого он сделан, лёгкий, но прочнее иной стали.
Со стороны входа вдруг спросили встревоженным голосом:
— Командующая, разрешите доложить?
— Входи.
В палатку ворвался взмыленный солдат.
— Солнечные строятся! Ваше знамя уже вынесли!
— Иду, — отпустила его Ноа.
— Удачи вам, — сказал ей вслед Форли.
— Своих успехов я добиваюсь трудом, а не случайностью, — отмахнулась, словно её оскорбили, командующая вышла из палатки.
***
Везави, нагруженный едой, явился сильно позже, разминувшись с Ноа на добрый час. От убийцы несло мылом, а сам он выглядел так, будто его заставили не просто помыть посуду, но ещё и предварительно отбить её у здоровенного огра.
Форли успел только злорадно ухмыльнуться, а его уже прожгли взглядом, полным такой ненависти, что желания делать какие-либо ехидные замечания отпали напрочь.
— А где?.. — спросил Везави.
— На поле боя, видимо, — пожал плечами маг.
— А мы? — кажется, убийца был даже немного оскорблён тем, что его не взяли.
— Мы должны сторожить вот эти безделушки.