— Они не могут ходить.
— Не могут?
Час от часу ситуация становится все более странной.
И этот запах, такой узнаваемый. Комиссар почувствовал его еще у роскошной лестницы, и он просто шибанул в нос, когда девочка открыла дверь. Эверт Гренс понял его происхождение, лишь когда углубился на несколько шагов в прихожую и оказался перед мужчиной, который сидел, откинувшись в плетеном кресле, между шляпной полкой и шкафчиком для обуви.
— Вот мой папа.
Огромное пулевое отверстие во лбу, чуть справа. Стреляли в упор, с близкого расстояния. Похоже, револьвер, пули с мягким наконечником — наполовину свинец, наполовину титан.
— Я же говорила…
Еще одно, меньшее, чуть ниже левого виска, под косым углом.
— …что они не могут ходить.
Прежде чем комиссар успевает отреагировать, девочка запрыгивает папе на колени. Отводит в сторону негнущиеся руки, устраивается в кресле справа от мертвеца.
— Иди сюда, — зовет ее комиссар.
— Мне надо поговорить с папой.
— Иди сюда.
Гренс никогда не брал на руки ребенка такого возраста. Девочка оказывается тяжелее, чем он предполагал, когда он осторожно поднимает ее за плечи.
— Еще кто-нибудь здесь есть?
— Кто-нибудь? — повторяет она.
— Только ты и папа?
— Все здесь.
Мама сидит на кухне. Она как будто улыбается, но лицо окаменело, и губы словно смерзлись. Два пулевых отверстия, как у папы, — во лбу и пониже виска. На столе, полу и платье — мука и сахар. Подошвы ботинок липнут к полу, когда Гренс приближается к женщине. Но взгляд приковывает торт, все еще не разрезанный, с пятью потушенными свечами и ломтиками зеленого марци- пана.
— Это мой торт.
— Очень красивый.
— Я сама потушила свечи.
Еще двое обнаруживаются там, куда указывает девочка. Сестра лежит на кровати в своей комнате, входное пулевое отверстие в затылке. Брат за письменным столом — дыра в виске, чуть под углом сверху.
И этот чертов звук на полную громкость. Детский канал.
Эверт Гренс выключает телевизор и словно освобождает место для проклятого запаха.
Огромная гостиная сразу кажется пустой.
Гренс опускается на черный кожаный диван, длинный и блестящий, девочку сажает на кресло. Комиссар смотрит на нее. Похоже, малышка совсем не боится, что-то напевает себе под нос.
— У тебя красивый голос.
— С днем рожденья те-ебя-я…
— Очень хорошо поешь. У тебя день рождения?