— Нет, сэр, я слушаю.
— Ты поссорился с женой?
Я глубоко вздохнул, проглотил слюну и медленно ответил:
— Нет, сэр.
— Ты ходишь в церковь, Джонни?
Вряд ли имело смысл терять работу, послав его к черту, особенно когда на руках жена, ребенок и долгов больше, чем удастся заработать в ближайшие двенадцать месяцев. Я снова проглотил слюну и сказал, что посещаю церковь время от времени.
— Но живем мы, Джонни, не время от времени. Мы носим на душе груз забот, и надо освобождать душу хотя бы раз в неделю. Попробуй, Джонни, посещать церковь раз в неделю, очень тебе советую. Ну, иди набирайся сил.
Он улыбнулся, растянув рот во всю ширь своей сливообразной головы. Его улыбка не улучшила моего настроения. Выйдя за дверь, я обозвал его про себя проклятым сукиным сыном.
Но по крайней мере, он дал мне день отгула. Видит Бог, я нуждался в этом дне.
3. Дипломат
В одиннадцать тридцать я вышел из офиса и направился к лифту. Дежурный лифтером сегодня был Крис Малдун — крошечного роста и довольно безобразного вида холостяк, признательный любому, кто обнаруживал интерес к его персоне. Я всегда старался быть с ним отменно любезным. Он улыбнулся мне и сказал:
— Я бы тоже постарался уйти раньше, если бы она меня ждала, мистер Кэмбер.
Я тупо посмотрел на него.
— Леди.
Лифт начал опускаться, потом остановился несколькими этажами ниже, чтобы принять новых пассажиров.
— Какая леди?
— Она спрашивала о вас.
— Как её зовут? — Мое сердце болезненно сжалось при мысли, что какое-то кошмарное происшествие привело Алису в город.
— Не знаю, мистер Кэмбер. Я сообщил ей, где вы работаете, и она сказала, что подождет вас в вестибюле.
Лифт опустился на нижний этаж, и Малдун кивком указал на женщину, которая как раз повернула голову в нашу сторону.
Сначала у меня возникло лишь неясное ощущение, что где-то я её уже видел. Потом вспомнил — мы встретились сегодня утром в вагоне подземки. Я уступил ей место. Не особенно раздумывая о странности того обстоятельства, что она здесь и спрашивает меня, я преисполнился восторгом и восхищением, что вижу её вновь.
Она подошла и протянула руку:
— Если не ошибаюсь, вы — мистер Кэмбер? — У неё был низкий, мягкий, приятный голос, непохожий на голоса американских женщин. В нем ощущался легкий акцент, характер которого было трудно определить.
— Вам известно мое имя? — задал я довольно глупый вопрос.
— Мы ещё вернемся к этому. Меня зовут Ленни Монтец, я хотела бы немного побеседовать с вами. Может быть, пройдемся?
— Пройдемся? Но куда? — спросил я с тем же дурацким видом.
— Куда угодно. Ну, скажем, обогнем квартал, если вас это устраивает. Или у вас другие, более важные дела, мистер Кэмбер?
— Нет, важных дел у меня нет.
— Отлично. — Она взяла меня под руку и повела к выходу.
Я остановился и, глянув на нее, сказал: