Грации и грешники (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

     мужчиной,считается за один грех.

<p>

</p>

      И тётя Катя продолжала её успокаивать:

     — Да не казнись ты, Матрёна, — житейское дело, не ты первая с внучком пошалила. Я тоже недавно дала внуку, ты на печке, я на речке…И тоже случайно,по наваждению,никогда такого не было,да вот опять. Правда, не родному, просто по возрасту во внуки годился.

      Загораю на песочке на Оке, вроде никого, а отрок рядом пристроился. Так и раньше было, да не стеснялась я мальчишек,иногда приставали:дай разок, отвергала всегда — и быстро отходили. Поэтому, как всегда, выхожу из воды, на ходу снимаю трусы и лифчик, чтоб отжать, просушить и полежать голышом, и почувствовала разницу: ранее мальчишки любовались моими необъятными сиськами и боялись опустить глаза ниже, а этот сразу вперил взгляд ниже и не отводил глаз от моего заросшего кустистого рыжего волосатого лобка. Взгляд его проникал глубже, прямо в мою лохматку, и уже прелюбодействовала я с ним в мыслях своих, и под ложечкой ёкнуло: что-то будет, похоже, мне не справиться с искушением, и если этот молодой человек через минуту не будет меня е…ать, через две я уже справлюсь с наваждением и не дамся.

     Батюшки, крадётся, как кот за мышью, и мы обменялись взглядами. Его глаза говорили: «О, моя богиня, моя Афродита, молю об одном поцелуе, позволь хотя бы раз пое…ать тебя, дай моему несчастному юному х…ю познать твою нежную, недоступную простым смертным п…ду, п…ду богини, иль умру, брошусь в омут с головой...»

     Я мельком взглянула на его прекрасное, готовое к бою «орудие» и отвечала глазами: «Мой юный рыцарь, я спасу тебя от преждевременной смерти, смелее суй свой «меч-кладенец» в мою «пещеру Соломона» и забирай все её сокровища, то воля неба, я твоя...»

     Хоть сам он был мал, да член у него был удал, настоящий полковник; и я поплыла, раздвинула свои шикарные дебелые ляжки (некоторые мужики боялись, что не достанут до п…ды через такие мои габаритные ляжки; как они не правы, раздвигаю их пошире — и входные губы как на ладони; смотри-смотри, п…да моя открыта, тебе открыта одному; ну а кончил в тело — гуляй смело). И его

     ещё не познавший женщину х…й разбушевался в моей видавшей виды, но ещё тугой, плотной и горячей п…де. Слов не было, но мне казалось, он шепчет: «Ты у меня первая, ты самая красивая и самая желанная... И я навеки твой...»

     И началось... Та ещё картина, достойная кисти великого живописца: при свете солнца яркого на берегу реки в кустиках на песочке застенчивый мальчик-ангелочек, на вид лет двенадцати, деловито, по-взрослому страстно е…т огромную голую бабу лет за пятьдесят, с пышной упругой задницей и огромными тугими титьками (мужчины называли меня ардатовской Венерой, хотя я вдвое крупнее этой бабёнки), и тишина, и ни души вокруг... Только слышно «подь-полоть» перепелов... А мне слышится: «Е…и, е…и п…ду этой курвы-пышки без передышки, не останавливайся...»

     Трижды поимел меня: сначала, как водится, робко, на песочке, я на спине, потом уже в воде, смелее. Я в реку, он за мной, прижались, начали целоваться, и вода забурлила кругами. Я повернулась на живот, отклячила попу, и тут не сплоховал, нахально вы…б меня через жопу, габариты которой его ничуть не смутили, чего не скажу о некоторых взрослых... И исчез, словно и не было, и больше не встречался.

     Да и двенадцать ли ему было, пожалуй, все шестнадцать. Вот он, герой нашего времени. Такие люди нам очень нужны — демография, понимаешь. Не только имя, но даже слова не сказал и как меня зовут не спросил, а это ещё больше возбуждало и впечатляло, ведь до сих пор я отдавалась только после длительного ухаживания и по большой любви.

      Потом ещё не раз загорала там и лежала голышом, да никто больше внимания не обращал на мой рыжий лобок, только на крутые сиськи, а этого мало для согласия...

      А ведь скольким солидным статным мужчинам отказала. Однажды в санатории вся местная футбольная команда меня домогалась, и ни одному не дала, даже вратарю, хотя поймать от него «мяч» в мои «ворота» очень хотелось, а тут вдруг задрала ноги и подставила п…ду под х…й какого-то пацанёнка; это не поддаётся рациональному объяснению, умом вагину не понять, аршином общим не измерить, остаётся только верить в любовь с первого взгляда, невзирая на разницу в возрасте...

<p>

</p>

     ***

     Узнав от Феди, что он постоянно е…ёт одинокую Марфу, габаритную даму лет сорока, с параметрами 100х60х100, Коля навестил её: мол, я тимуровец, могу дров наколоть. Наколол, Марфа похвалила:

     — Чем могу отплатить? Приглашаю в избу на чай с мёдом.

     — Мне бы натурой...

     — Вона как... Ещё чего? Так сразу не даю, хотя с тимуровцами пока не общалась. Да откуда ты слово такое знаешь, больно мал. Я ж тебя вдвое крупнее, справишься ли с такой моей жопой, удовлетворишь ли меня или только раззадоришь?

     — Это не главное, вые…у по-взрослому, главное — взаимное согласие.

     — Ну, после таких слов согласна... Дам разок, а дальше как получится...

     — А как же мёд?

     — Не всё ещё знаешь. «Мёд» получишь у меня на донышке в п…де, так что суй х…й поглубже, до упора, но сразу не части, под конец ускоряйся... Командовать «парадом» буду я... Через жопу хочешь? Не даю, не получается у меня, х…й входит только наполовину, ягодицы

     не пускают; как ни отклячивала попу, не может партнёр полностью х…й вставить мне в п…ду, начинает в анал вставлять, а это уж совсем безобразие... А половины ни мне, ни тебе не надо...

     Так Марфа стала обеспечивать интим-потребности двух недорослей на зависть другим бабам, даже замужним, и темпераменты у всех троих совпали. А наши мальчики, рано созревшие, нашли своё интим-счастье с бабушками и тётушками и опытным путём установили, что манда у всех одинакова, что у бабушки, что у тётушки, что у девочки…

     Поэтому Вова, даже заполучив подружку-девочку, иногда навещал бабушку: девушки капризны — чтоб только ей хорошо, а бабушка покладиста — лишь бы ему хорошо...

<p>