и очень страстная
***
Вот письмецо счасливчика,который в первое
же утро в новом городе поимел несравненную Глафиру.
"Как я устроился в новом городе? Не поверишь,
в первое же утро с помощью Божией уёп молодую
уборщицу Глафиру.Работает шваброй,но больше
играет попой,рядом с койкой.У меня встал,нет мочи.
А от неё какие-то волны-флюиды,чувствую тоже хочет.
Вскочил,сгрёб,швырнул поперёк кровати,халат у неё распахнулся:ни лифчика, ни трусов.Какие ляжки,какие буфера! Мой член бушует от нетерпения.Но вдруг оттолкнёт
или закричит.Наоборот, сама ловко забросила ноги мне
на плечи,сама насадила пи...ду мне на фуй и зарабатала
тазом.Такого у меня ещё не было.Кровать затряслась.
Шепчу:простите,кто кого епёт? Молчит.Говорят,
замужняя,очень порядочная,для многих недотрога,другие
говорят,у неё в каждой комнате любовник.
Познакомила с подружкой.Копия,в первую же
встречу заявила:я денег не беру,главное,чтоб сделал
мне приятно,что пока редко случается."
***
Иногда ради женского любопытства совращаю новенького жильца,особенно ещё не познавшего женщину,это несравненное удовольствие.: расстёгиваю нижние и верхние пуговки халата и начинаю работать шваброй под его кроватью, на которой он лежит, и наклоняюсь над кроватью,
касаюсь титьками его гу. И как-то само собой оказывается, что мы уже лежим вместе., шутливо боремся, я шепчу положенное:
— Нет-нет, не надо, не сейчас, не сегодня, давай сделаем это завтра. Не можешь подождать,у тебя встал,очень меня хочешь? Тогда хотя бы закрой дверь на ключ, видишь, у меня кольцо... Но ты мой единственный и неповторимый и я у тебя буду первая,а это- память на всю жизнь....
И про себя: «Как я люблю прелюдию соития, когда наши интимные места только-только несмело слегка соприкасаются и высекают молнии страсти и вожделения».
Это неправильно, когда партнёр пытается поцеловать моё интимное место между ног, — его губы должны целовать только мои губы. А интимные места пусть «целуются» между собой, даже если у него не встал. Я позволяю начинать даже с не вставшим, почувствует мой интим — и всегда встаёт.
Но он уже лежит на мне, ноги мои раздвинуты, и мы оба уже без трусов... Да и были ли в трусах...
Хорошо, когда я одна на целый этаж в мужском общежитии...у меня мужской гарем. В рабочем общежитии с этим всё просто, не то что в итээровском.
Как-то раз мне захотелось принудить к интиму юного, лет семнадцати, пэтэушника. Отложила швабру, расстегнула
халат, залезла к нему под одеяло на койку, где он лежал, но посматривал на уборщицу горящим взглядом.
Легла титьками на его грудь, а промежностью — на его мужские причиндалы; почувствовав, что у него встал, повернулась на спину — и он оказался на мне. Закончили бурный, для него оказалось первый, интим, вырвалась из его объятий и взялась за швабру.