Щель (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- Так точно, генерал! – вытянулся по струнке Митрюк.

- Если ты подведешь меня снова, я обещаю… ты оправишься туда сам. И я вовсе не уверен, что они сохранят тебе жизнь. А теперь брысь в рейд и чтобы без Сошальской я тебя на пороге у себя не видел!

Неприглядная картина складывалась. Митрюк понимал, что уйти незамеченным из этого гадюшника уже не выйдет. Да и не может он Миру бросить, они же помолвлены. А он теперь завязал петлю у себя на шее. Интересно, кто же доложил Горцеву о делах его. На языке вертелось только одна фамилия, заставляя вскипать кровь в жилах. Тут-то и вспомнилось Митрюку о своем закадычном друге-сослуживце Русике Абаеве. Во всяком случае, кабинет его остался при нем и звание сержанта не сняли, может сделать звонок в большой мир.

Однако, помимо Абаева нужен был надежный человек, желательно нейтральный, который проведет по своим каналам и точно даст ответ, стоит ли искать Миру или она уже того… Такой человек у Митрюка был, но подход к нему нужно было искать заново. И на это было ровно восемь часов, до того, как Совенко приведет своих людей и они отправятся в никуда.

Павел Горцук когда-то был одним из ликвидаторов повторной катастрофы в Припяти, которая произошла в 2069 году. Он получил облучение, от которого умирают, но не умер. Мало того, стал более здоровым, нежели был когда-то. Только вот почти утратил он человеческий облик, да и говорил очень коряво. Местами в разговоре прорывались звериные рыки и текла слюна. Но с ним по-прежнему был резон общаться, он сдавал раньше массу мест, где обитали аббераты. Хотя с последнего их разговора прошло семь лет, Митрюк надеялся на помощь.

На ужине присутствовали почти все аббераты, которые успели вернуться с уборки урожая и с дозорных постов. Людмила окинула взглядом всех этих мутированных и поняла, что их гораздо больше, чем она предполагала. Когда она только пришла в этот клан, он насчитывал пару десятков людей, сейчас как минимум насчитывалась тысяча. И это не считая тех, кто уходил глубоко и далеко в дозор, а это пара отрядов по двенадцать человек.

В зале заседаний, на нижнем этаже заброшенной станции для очистки воды, собралось очень много людей. Причем были и люди и полупсы и другие аббераты, которых Людмила никогда не встречала. Но как пояснил Пёс, они были с другого берега реки Припять.

Один из них, тощий долговязый мутант по прозвищу Свищ, очень оживленно беседовал с Максом, пока Зарема готовилась с Жекой оповестить всех присутствующих, что им придется быть во всеоружии, потому что не далее как час назад была захвачена одна из представительниц охотничий братии, а ее точно будут искать. А значит, придут за ними. И они должны дать отпор.

Все это Зарема сказала через полчаса. Но в принципе она не призывала ни к чему новому, поэтому Людмила решила за благо не слушать эти восторженные речи, а ретироваться на свежий воздух. Там ей и пришла идея, пока все в зале заседаний, навестить новоприбывшую. Люду не покидала мысль, что эта та самая девушка, из ее сна. Ей хотелось проверить все свои догадки, пока та в отключке. Однако, на всякий случай, Людмила захватила с собой пару шприцов со снотворным, адаптированным под аббератов. Такие шприцы выдавались им еженедельно. Действие снотворного – два часа. За это время можно много дел наворотить.

Людмила поднялась на последний этаж пешком, хотя механический лифт все еще работал в здании, даже в отсутствии электричества, но пользовались им в исключительных случаях. Случай Люды таким не был. Ей даже понравилось подниматься на верхний этаж, она не почувствовала усталости, как раньше, когда ей приходилось подниматься в городе на свой девятый. Видимо мутация активировала в организме некую выносливость. Ну хоть какая-то польза от нее.

В коридоре на этаже был темно, хоть глаз выколи. Однако луна, которая заглядывала в окна немного зловеще, все же скрашивала темноту помещения. Людмила точно помнила, что охотницу поместили в кабинет под номером сто четырнадцать. Как еще в таком хаосе и разрухе, сохранились эти таблички с номерами?! Здесь сохранились не только таблички, но и двери с замками, а кое-где даже канализация. Удивительно, как раньше люди умели строить. И как потом на все это плюнули. Людмилу всегда удивлял факт, что после уничтожения Украины как государства, в 2055 году, хоть что-то еще осталось стоять: здания, больницы, жилые дома, юстиции, военные штабы.

Но самое удивительное, что у двери не было охраны. Обычно Зарема в этом плане очень щепетильна. Она выставляла посты к комнате Людмилы почти три месяца к ряду, пока не поняла, что та не сбежит никуда. А тут такая халатность…

Дверь оказалась тоже не заперта. Людмиле подумалось, что возможно Макс или кто-то из псовых спустились послушать собрание и забыли закрыть дверь или передать пост кому-то другому. Опять халатность. Такая вот халатность и привела к тому, что появилась много лет назад Зона Отчуждения. Видимо у некоторых представителей людей это в крови, и как бы и во что бы они не мутировали, это остается неизменным.

Людмила осторожно вошла в кабинет и прикрыла за собой дверь. Девушка по-прежнему лежала в той позе, в которой ее сморило снотворное смешанное с вакциной против облучения. Люде пришлось обойти ее стороной, подходя к окну. Из окна открывался темный вид на реку Припять и далее в перспективу леса. Если бы здесь все освещалось, была бы красота. Но освещение было лишь за рекой и то не везде. А главная ставка Польско-украинских чистильщиков находилась далеко за припятским лесом, километрах в тридцати южнее ЧАЭС.

Она обернулась. Тишина забиралась аж за ворот, иногда от этой вязкой, густой тишины было холодно и жутко. Вот как сейчас. Только снизу доносились отзвуки зычного голоса Заремы, которая все еще вещала о том, как им нужно сражаться по всем фронтам их небольшого поселения.

Осторожно подойдя к девушке, которая лежала на матраце, Люда опустилась на корточки, всматриваясь в бледное измученное лицо. Если вакцина ее не убьет, значит она уже никогда не сможет вернуться к прежней своей жизни и деятельности. Вакцина, которую разработал еще Грачев и сотоварищи, делала любого выжившего аббератом. Однако, были исключения, как пояснил ей Пёс. Было пара человек, которых вакцина не изменила вообще, зато сделала сильнее и злее. Но вот куда они делись – никто не знал. Или не хотел знать. Или не хотел говорить, что знает где они. В мире аббератов знание совсем не означало силу, наоборот, оно означало – вражду и битву.

Какое-то время Людмила тупо рассматривала девушку, пытаясь понять, каким образом она с ними может быть связана. И может ли это быть вообще. А потом ей вдруг показалось, что на руке у девушки она заметила рисунок. Спешно достав фонарик, она осветила правую руку и едва не подавилась холодным воздухом. На правой руке до локтя красовалась татуировка змеи, под которой на латыни было написано:

- Semper fidelis*, – прошептала вслух Людмила.

Это выражение часто встречалось в летописи Грачева, которую она сама не читала, однако, ее куски много раз пересказывал ей Пёс. У Пса была фотографическая память, либо, возможно, он был одним из составителей подлинной летописи. Ибо он говорил, что в книге многого нет, но он знает что это там было. Всегда верен.

Было похоже на то, что кто-то или что-то переделало летопись под себя и свои нужды. И возможно этим кем-то была Зарема. Но с какой стати Зареме менять эту книгу? Какой в этом смысл?

Наверное последние слова Людмила сказала вслух и вздрогнула, когда спокойный голос Пса ответил ей:

- Возможно, потому что Зарема не желает терять ту власть, что имеет.

Комментарий к 6. * (лат.) Всегда верен.

====== 7. ======

- Разве у нее есть власть? – полушепотом спросила Людмила, поднимаясь навстречу Псу.

Ей показалось, что Пёс усмехнулся, но у него просто дернулся ус.

- Что ты как маленькая, ей богу. Здесь все люди – ее. Но она ими умело правит.

В последних словах промелькнула преданность. Пёс был предан делу так, как никто из них. Но это дело могло его и предать.

Они вышли из кабинета и Людмила закрыла дверь. Плотно. Появилась мысль, что Пёс опекает ее, следит чтобы она не выкинула что-то, что бы заставило Зарему выкинуть ее из их небольшого клана.

- Ты чего прискакал? Следишь? – не могла не поинтересоваться Люда.