Я сажусь, наблюдая, как он передвигается по кухне. Мой взгляд следует за каждым его шагом, даже когда он с тарелкой возвращается к столу.
Перед нами стоит замечательное блюдо из жареной курицы и летних овощей.
Впечатленная, я смотрю на него.
— Ты все это сделал сам?
Смесь изумления и чувства вины пробегает по его лицу.
— Это зависит от того, что ты подразумеваешь под «сделал». Если ты имела в виду «я взял это и, следуя инструкциям, разогрел», тогда да, я сделал это.
Я смеюсь.
— Главное — внимание.
— Я хотел произвести хорошее впечатление. Боюсь, что мои кулинарные навыки заканчиваются на приготовлении макарон с сыром из коробки, — говорит он. Потом смотрит на меня, его взгляд становится напряженным. — Я подумал, что сегодняшний вечер заслуживает лучшего.
— Я люблю макароны с сыром, — шепчу я.
Джакс улыбается, и это так сексуально.
— В следующий раз, — обещает он.
Моя прежняя нервозность и беспокойство исчезают, и их заменяет вожделение и желание. Надеюсь, он увидит эту интенсивность в моих глазах. В них то, что не могут произнести мои губы.
Да, я понимаю, что означает этот вечер.
Да, я думала о тебе каждую минуту, когда тебя не было.
Да, я тоже хочу тебя.
Не говоря ни слова, Джакс берет меня за руку и целует пальцы.
— Ешь, — говорит он, прежде чем потянуться за тарелкой.
Мы едим, и он рассказывает мне о своих деловых встречах в Лондоне. Мы говорим о моем магазине, о двух предстоящих мероприятиях, которые будем обслуживать. Я подробно рассказываю о цветах и цветовых решениях, которые буду использовать. Иногда люди теряются во всех деталях, но Джакс внимательно слушает все, что я говорю. Он даже задает вопросы. Я смеюсь над большинством из них, поскольку все они крутятся вокруг: «и как ты их установишь?» и «как много возможных оттенков розового?».
Наша близость комфортна. Даже когда мы не разговариваем, между нами не возникает неловкость. Думаю, мы оба пытаемся узнать друг друга в тишине столько же времени, как и за разговором.
С каждым проходящим мгновением я жажду следующего. Хочу услышать снова смех Джакса, увидеть его улыбку. С каждым движением его тела я надеюсь, что он приблизится. Каждое легкое прикосновение его руки или ноги под столом хочу чувствовать интенсивнее.
После того как мы заканчиваем есть, Джакс встает и забирает наши пустые тарелки. Направляясь к кухне, он оглядывается.
— Еще есть десерт. Вот только думаю, что на этот раз все перепутал.
Я встаю, следуя за ним, наблюдая, когда он двигается по кухне. На стойке вижу коробку с десертом. Стоя спиной ко мне, он открывает крышку, доставая идеальный пирог. Когда он тянется за тарелками, мускулы на плечах перекатываются под рубашкой, эти движения на мгновение гипнотизируют меня.
Я хочу видеть его без рубашки. Хочу знать, как чувствуются эти мышцы под кончиками пальцев. Мне нужно знать, на что это похоже, когда обнаженная кожа Джакса коснется моей.
Я медленно подхожу к нему сзади, всего лишь несколько сантиметров разделяют нас.
— Клубничный ревень. Это мой любимый вкус с детства...
Джакс замолкает, когда я опускаю руку между его лопаток. Чувствую, как мускулы слегка смещаются, когда Джакс опускает руки. Он медленно поворачивается лицом ко мне, и пока двигается, мои пальцы очерчивают его руку, а затем грудь.
Как только мы оказываемся лицом к лицу, Джакс смотрит на мои пальцы, едва касающиеся его. Поднимает взгляд и встречается с моим, в его глазах вопрос.
— Думаю, — начинаю я, двигаясь ближе к нему, — десерт может подождать.