Плечи Бена опускаются, и он смотрит в сторону. Мне стыдно за то, что я набросилась на него, но чувство вины имеет отвратительный способ показать себя. Но на самом деле, чего ожидает Бен? Что хочет услышать? Он хочет, чтобы я что-то признала? Спрашивает, нашла ли я кого-то, кто заменит его? Он злится? Страдает? Расстроен? Эти вопросы возникают в моем сознании, и я мог думать только о том, что обычно мы не говорим об этом, когда встречаемся.
— Что ты делаешь? — мягко обвиняю его.
Он переводит взгляд на меня и переадресует вопрос:
— Что ты делаешь? — Тот же обвинительный тон в голосе.
— Я пытаюсь вести приятный разговор. Вспоминать и ощущать себя рядом с тобой. Вспоминать нашу жизнь вместе. Это то, что я пытаюсь сделать. — Я закрываю глаза и глубоко вздыхаю. — Не хочу спорить с тобой. Хочу наслаждаться нашим временем, прежде чем проснусь.
Бен наклоняется ко мне и обхватывает мое лицо ладонями. Осматривает меня, а затем прижимается своими губами к моим. Его губы мягкие, но сам поцелуй жесткий. Он длится всего несколько секунд, прежде чем Бен отстраняется.
— Именно, — говорит он. Бен все еще близок. Достаточно близко, что я чувствую дыхание на лице, когда он говорит: — Это все сон. Меня не будет рядом, когда ты проснешься. Меня не будет рядом, когда ты заснешь. Я больше не буду рядом в твоих «прекрасных моментах».
Каждое слово кажется ударом в грудь. Мое сердце разбивается. Я отталкиваюсь от Бена, нарушая наш контакт.
— Прекрати! — умоляю я. — Прекрати то, что ты делаешь.
— Возможно, тебе нужно остановиться. Все в порядке, Рэйч. Я хочу, чтобы у тебя были прекрасные моменты. Более того, я хочу, чтобы у тебя были прекрасные дни! Эти сны? Они просто мешают...
— Не говори это! Не смей это говорить! — Я кричу, перебивая его. Ненавижу, как незрело звучу сейчас, но не знаю, как остановить этот разговор. Я не готова. — Я не буду это слушать!
— Рэйчел, нам нужно поговорить об этом.
— Нет! Нет, мы этого не сделаем! — возражаю я. — Я не буду слушать, как ты пытаешься порвать со мной!
— Порвать с тобой? — повторяет встревоженно Бен.
Стараюсь держать голос ровным, но мое дыхание становится прерывистым и быстрым. Я в панике. Мой взгляд мечется с дерева на дерево, от водяной лилии до водяной лилии. Я ищу выход, хочу сбежать.
Я оглядываюсь на Бена, выражение его лица умоляет поговорить с ним. Но я не могу. Не сейчас. Закрываю глаза. Я не готова к этому спору. Не готова к своим признаниям. Я не готова к тому, что Бен хочет для нас.
— Проснись, Рэйчел! — шиплю я себе.
— Рэйч, не делай этого, — просит Бен, умоляя меня остаться. Но я стараюсь игнорировать его.
— Вставай! Проснись, проснись, проснись! — повторяю я снова и снова.
— Давай поговорим об этом, — снова пытается Бен, но его голос начинает исчезать.
Делаю один глубокий вдох, прежде чем открыть глаза и посмотреть прямо на Бена. Я открываю рот и говорю, так яростно, но одновременно спокойно:
— Рэйчел, проснись…
Глава 17
— Есть где-то правило, которое запрещает приходить и стучатся в чужую дверь в семь тридцать в воскресенье утром?
Волосы Тесс в беспорядке, и шелковый халат, который она небрежно завязала, выглядит так, будто он единственное, что на ней надето. Понимаю, что сейчас рано, но я на ногах с пяти, неспособная вновь заснуть.
Предлагаю ей стакан кофе, который принесла с собой, чтобы подкупить, надеясь, что Тесс впустит меня. Усаживаясь на диване, снимаю солнцезащитные очки. Обеспокоенная Тесс отстраняет стакан от лица.
— Что случилось? — спрашивает она, когда видит мои красные и опухшие глаза.
Я очнулась ото сна, моя подушка была влажной от слез. До прошлой ночи я даже не могла вспомнить, когда в последний раз мы с Беном ссорились. Скорее всего, это было что-то глупое, например, что я не поднимала свою одежду с пола. Но ни разу ни одна из наших ссор не оставляла меня такой… не оставляла мое сердце в ссадинах и синяках. Хуже всего, я понятия не имею, когда смогу прийти в себя.
В наших отношениях у меня никогда не было секретов от Бена. Я всегда ему все рассказывала. Теперь, кажется, что я только и делаю, что утопаю в секретах. Храню тайны от Бена. И от Джакса. Я держу части своей жизни скрытыми от окружающих. Скрываю правду, которую даже сама не могу признать.
— У меня была плохая ночь, — говорю я Тесс, делая большой глоток из собственного стакана кофе.