Черт.
— Нет! — говорю я. — То есть, не совсем. Она состоит с том же теннисном клубе, что и моя мама, и, кажется, она упоминала ей о тебе. — Я снова отпиваю воды, чтобы не смотреть на него.
— А потом твоя мама упомянула об этом при тебе? — В голосе Джексона слышится скепсис, но потом в нем появляются подразнивающие нотки. — Рэйчел, ты обсуждала меня?
Я давлюсь водой и потом смотрю на него. Джексон улыбается, дразня меня. И по его виду ясно, что он получает от этого удовольствие.
Я спокойно откашливаюсь.
— Возможно, это всплыло в разговоре на тему, что ты вернулся, и твоя мама подумала, что тебе может понадобиться кто-то, с кем можно бы провести время, вот и все.
Джексон замирает, а потом, как я до этого, кашляет и делает пару глотков из бутылки.
— Боже, какой стыд. Я тут всего пару недель, а мама уже пытается сплавить меня, — говорит он, а потом качает головой и смотрит в сторону парка. Если Джексон смущен, то отлично это скрывает, потому что по его виду могу лишь сказать, что его это повеселило. Я же, с другой стороны, хочу проглотить обратно каждое произнесенное мной слово и перемешать их, используя очень толстый фильтр.
— Ох, уверена, она не это имела в виду! Уверена, у тебя нет проблем с женщинами, и тебя не нужно ни с кем сводить, — заверяю я его.
Джексон резко поворачивает голову в мою сторону и пару раз моргает.
— Спасибо. Наверное.
— То есть... — Я умолкаю, мои щеки горят. Глубоко вдыхаю, начиная снова: — То есть, уверена, тебе не нужна никакая помощь. Посмотри на себя! — продолжаю я, указывая на его тело, демонстрируя его как модель в передаче «Цена удачи». — Уверена, девушки к тебе в очередь выстраиваются. Может, прошлой ночью у тебя уже была парочка.
Джексон широко распахивает глаза.
Боже мой, пожалуйста, пусть земля разверзнется и поглотит меня.
Я только что назвала его бабником? Мужчиной-шлюхой? Кто-нибудь, заткните меня, сейчас же!
— А сейчас я просто замолчу! — Я закрываю лицо руками.
Через пару секунд слышу, как Джексон начинает смеяться. Потом чувствую, как он обхватывает мои запястья руками и отводит их от моего лица.
— Пожалуйста, не молчи, — говорит он между вздохами. — Мне нравится слушать тебя. Это так... освежающе.
Джексон до сих пор обхватывает мои запястья. Его руки теплые и большие, и впервые за долгое время у меня внутри все трепещет. Это приятное чувство. Знакомое. Чувство, по которому я скучала, когда не спала. То, что я не должна испытывать, пока бодрствую.
Я улыбаюсь Джексону и медленно освобождаю свои руки из его нежного захвата. Он отпускает меня, игнорируя мой неожиданный дискомфорт от его прикосновения, и снова откидывается на спинку скамейки.
— Ну, может быть, я мог бы воспользоваться услугами человека, который показал бы мне все кругом. Покажи мне новые крутые места, которые появились здесь, пока меня не было.
— Ох, уверена, есть люди и получше меня, которые смогут тебе все тут показать. Я сама едва выхожу, и не знаю никаких новых модных мест, — отвечаю я, взмахнув рукой, отлично осознавая, как скучно звучит моя речь.
На секунду его взгляд опускается на мои губы, а потом наши взгляды встречаются.
— Это даже лучше. Мы можем изучить их вместе, — отвечает Джексон, его голова наклонена на бок, и он наблюдает за мной.
Может, пришло время быть честной. Сказать ему, что я польщена, но...
— Джексон, я не ищу...
Он прерывает меня:
— Джакс.
— Что? — спрашиваю я.
— Зови меня Джакс. Только бабушка до сих пор называет меня Джексон, и то только после того, как я сделаю нечто очень плохое. — Он подмигивает мне.