Жена для троих: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Тогда, на свадебной церемонии… мне показалось, что ты напугана.

Я едва сдержалась, чтобы поперхнувшись, не вскочить, вытаращив глаза.

ПОКАЗАЛОСЬ?

Нет-нет, секундочку… ему ПОКАЗАЛОСЬ, что женщина, которую он, вместе с еще двумя мужчинами, насиловали, привязанной к креслу… ПОКАЗАЛОСЬ, что она напугана?

Ох, какая наблюдательность!

Конечно, я понимала умом, что для фертильных женщин этого мира такой опыт был чем-то естественным. Тем, к чему их готовили с самого детства как к совершенно нормальному процессу, через который должны проходить те, кто способны рожать. И естественно, что мужчины, жившие в этом мире, тоже воспринимали все это как обычную практику, которая в принципе не может ничем шокировать.

Однако для меня — человека, выросшего и прожившего всю жизнь в кардинально отличных культурных условиях — подобное звучало настолько дико, что никакое знание местных обычаев не спасало от экспрессивной реакции, которую оставалось только пытаться скрыть от собеседника.

— Это из-за того, что я… потеряла память. Полностью, — проговорила я после нескольких секунд тишины. — Не помню совершенно ничего о том, что происходило до того, как оказалась в отделении полиции, которая направила меня сначала на медосмотр, а после того, как там подтвердили мою фертильность — в этот центр. В том числе я не знала и того… как проходит не только свадебная церемония, но и зачатие. Поэтому испугалась.

— Понятно, — вздохнул Азерус, продолжая нежно скользить ладонью по моему животу сквозь легкую, мягкую ткань пижамы, в которой я попросту оставалась последние дни, почти и не вставая с кровати. — Да, наверное, в такой ситуации сложно не волноваться. Но не бойся, теперь все хорошо, — прошептал он.

О да, хорошо! Просто замечательно! Ну прямо тебе предел мечтаний — всю жизнь быть овощем, который регулярно осеменяют и оставляют в четырех стенах, чтобы ты всю жизнь рожала до самого климакса! Ведь с учетом репродуктивных особенностей жителей этого мира, только для того, чтобы поддерживать численность популяции, одна фертильная женщина должна за жизнь родить как минимум тринадцать детей! А лучше — двадцать-тридцать, чтоб демографию повысить, и кроме кучи «бесполезных не-фертильных нулевых» родить парочку фертильных, и по паре-тройке детей каждого из трех мужских полов!

Однозначно, ко всему вот этому отлично «подходит» выражение «теперь все хорошо»!

Пока же я мысленно распиналась от возмущения, Азерус…

Приподнял футболку моей пижамы, убирая ее с живота. И склонившись над ним, прижался губами к коже между пупком и лобком. Ошарашенная, я хотела уже начать паниковать… но внезапно поняла, что спазмы стали слабее.

Ничего не говоря, мужчина просидел со мной еще час — вот так, поглаживая и время от времени целуя мой живот. А потом, вздохнув, сообщил, что ему пора возвращаться к работе, но позже он обязательно еще проведает меня.

На четвертый день интенсивность месячных немного снизилась, но я все равно ощущала сильную слабость и была истощена из-за кровопотери — видимо результат отмены ранее принимаемых таблеток, в результате которого даже привычная высокая интенсивность еще больше усилилась, а боль стала сильнее.

В результате я почувствовала себя более-менее сносно лишь через пять дней. На шестой.

За день до запланированного сеанса зачатия.

Следовательно, самого сеанса теперь точно не избежать. Сомневаюсь, что я сумела бы подготовить план побега и выбраться отсюда за пять дней, что уж говорить об одном. Так что смирившись с тем, что завтра ЭТО произойдет, я сходила на разведку поближе к стене, чтобы потом как следует обдумать увиденное и помозговать, что с этим можно сделать.

Теперь еще и потому, что не хотела терпеть не только вечные изнасилования мужей, но и эти ужасные месячные, для облегчения которых в этом мире попросту не существовало таблеток. Подозреваю потому, что мужчины, правившие этим миром, попросту не видели смысла в трате времени и ресурсов для создания чего-то, кажущегося им настолько непонятного и для них далекого, соответственно — неважного и незначительного.

И вот, проведя практически бессонную ночь перед грядущим, я встала с кровати, когда в комнату вошли работницы центра, заданием которых было подготовить меня к сеансу.

Первым делом они набрали в ванну горячей воды с душистой пеной, раздели меня и усадили в нее, начав отмывать — так же, как делали это перед свадебной церемоний. И так же, как тогда, их не волновало то, что я, взрослая женщина, умею мыться сама. Они просто выполняли свою работу, и мне пришлось с этим смириться, каким бы неприятным для меня ни было это обстоятельство…

Тем более что дальше меня ждало нечто похуже моющих меня служанок.

Закончив мыть мое тело и голову, женщины удалили все волосы на моем теле: под мышками, на ногах, и конечно же гладко выбрили мою киску. А едва я вылезла из ванной — обтерли мою кожу маслами и лосьонами, чтобы придать ей особую нежность, мягкость и душистый аромат.

После этого меня одели в алое кружевное белье: маленькие трусики, прозрачный бюстгальтер, шифоновый пеньюарчик и отделанные мехом тапочки на шпильке. Уложили высушенные волосы в немудреную, но очень красивую прическу, приведя в порядок каждый локон. Сделали легкий соблазнительный макияж.

И в таком вот виде, словно подарочную куклу, меня оставили в спальне. Сидеть на кровати, где только что перестелили простыни на особенные. Предназначенные для приема моего первого мужа: алые, шелковые, с утонченным кружевом по краю.

Только вот когда этот муж придет — я не знала. Никто не знал. Было известно лишь то, что его нужно ждать сегодня, и все. Остальное оставалось под вопросом. Он мог прийти когда угодно — сразу после обеда, ближе к вечеру, ночью… когда ему вздумается.

Но придет.

На то, что не явится, не стоит даже надеяться — как я уже успела узнать, мужчины этого мира, желавшие наследников, крайне серьезно и ответственно относились к сеансам зачатия.

Мне же следовало сидеть и ждать его столько, сколько потребуется. Никуда не уходить, не выходить, даже с кровати не вставать. На случай, если мужа придется ждать долго, и ожидание затянется, для меня на прикроватной тумбе оставили вазу с фруктами, графин свежевыжатого сока и несколько мягких салфеток на случай, если нужно будет вытереть пальцы.

Это ожидание пугало. Сводило с ума. Знать, что должно произойти. Знать, что этого не избежать. Но вместо того, чтобы поскорее это пережить — растягивать страх на долгие минуты, часы. И оставаясь в тишине, слушать лишь собственное тяжелое дыхание и частые удары сердца…