«Антология советского детектива-25. Компиляция. Книги 1-26»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– И не будет, Вера Герасимовна. Никогда не было и не будет. Вернее, родственники и близкие у вас были и, нет сомнения, есть они и сейчас, но ни один из них, ни живой и ни мертвый, если даже поднимется из могилы, не сможет подтвердить, что брошь была вашей. – Аккуратно записав показания, подал ей протокол допроса.

– Брошь – моя! – повторила она упрямо, подписавшись и кладя ручку.

– Сомневаюсь, Вера Герасимовна. Взгляните на это. – Я подал ей фотокопию рисунков Перегудовой.

– Ничего не понимаю. – Дорфман внимательно рассматривала каждый рисунок. – Какие-то ожерелья, кольца, колье…

– Там нарисована еще и одна вещица. – Я быстро встал и подошел к Дорфман. – Вот эта, и она разительно похожа на брошь, о которой ведем речь. Здесь изображены драгоценности, и знаете – чьи?

– Нет, – снизу вверх посмотрела на меня Дорфман.

– Натальи Орестовны Лозинской, – тихо произнес я.

– Да, она подарила мне эту брошь, – быстро сказала Дорфман, положив фотокопию на стол.

– Это уже ближе к истине, но не сама истина. – Я прошел к своему месту, уселся, а затем спросил: – За что же она подарила вам такую дорогую вещь?

– Я присматривала за ней, делала уколы.

– Но у нее же был Ганиев?

– Он приходил раз в неделю, а уход был нужен каждый день…

– Гм, слишком уж дорог подарок.

– Не знаю, так она решила… Я отказывалась, но она все-таки всучила мне брошь.

– Ах, даже так? Тогда объясните, зачем решили ее продать, да к тому же так дешево? Давайте вызовем эксперта-ювелира, и он наверняка оценит брошь гораздо дороже той суммы, какую вы хотели получить.

– Я не собиралась ее продавать… Ювелир врет самым бессовестным образом!

– Очной ставки с ним не боитесь?

– Пусть он говорит, что хочет, я буду стоять на своем, потому что о купле-продаже у нас разговора не было.

– Зачем же тогда принесли ему брошь?

– Мне показалось, одно гнездышко ослабло и может выпасть камушек…

– Знаю, очной ставки не боитесь, но, как уже говорил, могу пригласить эксперта, и он даст заключение, что ни одно гнездышко броши не ослабло, и камни сидят прочно. У меня тоже глаза есть!

– Что делать, мне так показалось, – опять вздохнула Вера Герасимовна.

– Значит, принесли ювелиру брошь не для продажи?

– Нет.

– Почему вечером принесли?

– Ювелир так захотел.

Я спрятал драгоценность в папку, прошелся по кабинету, чтобы успокоиться. Наконец уселся и будничным голосом спросил:

– Знаете, сколько лет хранила Наталья Орестовна свои драгоценности, в том числе и брошь? – Дорфман молча глядела на меня. – Около шестидесяти! Много бед пронеслось над ее головой, но она не продала ни одну, понимаете, ни одну вещицу, чтобы как-то облегчить жизнь. У нее была дочь, она тяжело болела, умерла молодой. Так вот, Лозинская не пожертвовала даже частью драгоценностей, что бы спасти ее! И вы утверждаете, что она подарила вам брошь?

– Бывают и исключения, – негромко заметила Вера Герасимовна.

– Согласен. Но это – не тот случай.