Теория невероятности: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вступление

Бельгия. Восточная Фландрия. Ронсе.

Человек шел по улице. Стояла жаркая душнаялетняя ночь. Звезды, такие огромные и яркие, рассыпались по черному небу без облачка, создавая лабиринт, в котором мог заблудиться непривычный взгляд. Но для привычного взгляда все было проще пареной репы: вон провис Водолей, вон раскинула щупальца голова Медузы-Горгоны, а вот там сам Стрелец куда-то целил из своего гигантского оружия. Ухнула ночная птица, на улочках маленького города еще можно услышать уханье этих больших птиц, сидящих на ветвях самых больших деревьев в округе. Зверским голосом завопил рыжий одноглазый кот, ухаживающий за вальяжной белой кошечкой из престижного дома. А человек все шел, шел куда-то к своей цели, шел по своему, одному ему известному маршруту.

Он проскочил через проходной двор, потом между двух двухэтажных административных зданий, затем свернул на улочку, где располагались особняки местного истеблишмента. Впрочем, по улочке человек шел недолго. Он свернул в переулок, потом взял вправо и очутился на улице, ведущей к заброшенному заводу. Это была старая заброшенная швейная фабрика, которая начала свой трудовой путь еще во второй половине восемнадцатого века. В послевоенные годы (после Второй мировой войны) она еще работала, но к девяностым годам понадобилась модернизация. А хозяин фабрики деньги в закупку нового оборудования и технологий вкладывать не хотел. Посчитал, что продать ее как объект недвижимости будет намного выгоднее. Его бизнес захотели выкупить японцы. Ездили, смотрели, что-то обсуждали, но потом, не сказав ничего на своем японском языке, уехали восвояси. Людей уволили. Фабрику зарыли. Так бывшее шумное производство, на котором работало до полутора сотен человек, стало просто набором зданий. Ее расположенность на окраине городка, в месте, довольно заброшенном и неживописном, спасла фабрику от продажи по частям. А целиком она никому вроде бы не была нужна.

Человек подошел к высокому каменному забору и нырнул в дыру. Забор начали латать, но эта дыра почему-то оставалась. Идущий так и не заметил, что за ним ведется очень аккуратная слежка. Следили двое, многолетние напарники. Один из них остался в машине, второй же аккуратно двинулся через дыру в заборе вслед за своим клиентом. Это не были самодеятельные детективы-любители, слишком уж уверенно они делали свое дело. Это была настоящая профессиональная слежка за человеком в темном плаще. О преследуемом можно было сказать мало: его плащ с поднятым воротником и широкополая шляпа почти полностью скрывали лицо. Он был высоким, худым, двигался быстро, но без суеты, так, как и должны двигаться осторожные, но уверенные в себе люди.

Вот он протопал по лестничке и поднялся в старую конторку, расположенную на втором этаже офисного помещения. Было видно, что человек воспользовался фонариком и ищет какие-то документы. Следопыт вытащил фотокамеру и сделал несколько снимков. Потом нажал на кнопочку, подождал, когда заработает связь, и снимку уйдут в контору, удовлетворенно кивнул головой и продолжал наблюдение. Объект слежки явно что-то нашел и уже торопился: по лестнице он спускался почти что вприпрыжку. Детектив вжался в стену, мимо него почти промчался объект и быстро нырнул в дыру на противоположной стороне забора. Детектив усмехнулся. Потом посмотрел на телефон. эсэмэска требовала повторить передачу фотографий. Он чертыхнулся: объект мог уйти, но директиву надо было выполнить. В конце-концов, дальнейший маршрут объекта был и так ясен, перехватим его чуть позже – решил детектив. Он повторил процедуру, увидел, что данные ушли в офис, и быстро спрятал фотоаппарат. И только тут до слух детектива донеслось какое-то шипение и потрескивание, такое непохожее ни на что, и непонятно откуда взявшееся в спокойном летнем небе.

Метеорит прочертил в черном-черном небе яркую полосу, с шипением, треском и грохотом ворвался в небо над городком и взорвался на территории заброшенного завода.

Человек обратил внимание на взрыв, когда уже подходил к своему дому. С грохотом вылетели окна, ударная волна швырнула человека к порогу. Он поднялся, отряхнулся и открыл дверь. Слежки за ним уже не было.

Глава первая

Такое личное дело

– Машенька, мне личное дело этого, новенького… Сергеева, да, Сергеева. Жду.

Директор Киевского филиала страховой компании «АИД», которая была дочерней компанией международной страховой корпорации «АСГ», Москалев Михаил Афанасьевич был крупным толстым мужчиной сорока пяти лет. Последние три года его жестоко мучил геморрой, что доставляло массу неудобств и окончательно испортило и так тяжелый характер руководителя. Первой почувствовала это неизменная секретарша Москалева Машенька. Ей доставалось больше других. А когда от лекарств Москалев почувствовал, что его мужские силы быстро падают, то Машенькина жизнь стала вообще нетерпимой.

Пока Маша копалась в делах, Михаил подошел к большому шкафу, который стоял в углу кабинета, открыл дверцу и стал напряженно всматриваться в свое лицо. Ну вот, морщинка пробежала. А вчера еще не было. Это все от напряжения! – решил Москалев. Действительно, неделю уже не расслаблялся. Надо сегодня Машеньку оставить на работе подольше. Пусть поработает сверхурочно. Мысль о сверхурочной работе Машеньки, на сей раз, как уже последних полгода прилива сил не вызвала. Никакой реакции. Почему не стоит? Может быть, поменять секретаршу? Вот, Марина из аналитического отдела. Она очень даже ничего птичка. При мысли о Мариночке часть тела шефа фирмы немного встрепенулась. Немного, но не настолько, чтобы быстро делать выводы и принимать скоропалительные решения. Все-таки у Машеньки был один явный козырь: она не лезла в личную жизнь шефа, не напрягала его в отношениях с семьей и ничего кроме прибавки к жалованию не требовала. А как себя поведет Мариночка? Ах, кто же это говорит, что у мужчины проблем меньше, чем у женщин? Бред! Ведь если Мариночка начнет права качать, придется от нее срочно избавляться, а она как раз на такую похожа. Лучше уж оставить пока что все без изменений.

Сделав такой вывод Москалев выдавил чуть заметный угорек на лице, остался своей работой недоволен и решил, что обязательно надо записаться на прием к новому косметологу. Кажется, что волосы стали выпадать куда как более активно. А это грозит большими осложнениями. Вдруг да образуется лысина! Недопустимо!!!

Когда Михаил Афанасьевич поправлял узел галстука, в кабинет вошла Машенька. Она несла тоненький файл с личным делом сотрудника. Секретарша выполняла, по совместительству с должностями секретаря и любовницы шефа, еще и работу отдела кадров. Надо сказать, что с обоими дополнительными обязанностями Машенька справлялась более чем блестяще.

– Принесла? Хорошо. Положи на стол. Да, сделай мне чай, китайский зеленый, без жасмина, там, в маленькой коробочке еще есть немного. И запиши меня на вторник к косметологу на первую половину дня.

Машенька, кивая головой, записывала пожелания шефа в блокнот.

– И еще, сегодня задержишься. Надо поработать.

– Без проблем, Михаил Афанасьевич!

Машеньке было двадцать три года. Она была высокой, крупной блондинкой с яркими голубыми глазами и громадным бюстом. Одевалась она строго, но все равно ее грудь была такой провокацией, которую никуда не спрячешь. Она (грудь) отвергала и опровергала любой деловой стиль, превращая даже самую скромную одежду в нечто вызывающее. Как и большинство мужиков, шеф повелся на ее грудь, как мотылек ведется на случайно оставленную ночью лампу. У Машеньки рос Витек – паренек трех лет, отца которого Машенька не могла себе точно представить. И дело тут не в девичьей памяти, просто надо было выбрать из троих. С этими тремя Машенька встречалась практически одновременно. Она выбрала самого богатого. Паренек действительно походил на Максима. Новоявленный папаша был признателен Маше за то, что девица не настаивала на женитьбе, и давал на воспитание сына денег. Не так много, как хотелось бы, но все же.

Своего начальника Маша ненавидела за жлобство. Он никогда не преподносил ей цветы или подарки, а просто использовал как вместилище для своего полового органа. Впрочем, если начинать ему зудеть, то зарплату он поднимал, пусть неохотно, но поднимал. В последнее время шеф становился все менее и менее сильным мужчиной и их встречи стали реже, но при этом были для Машеньки сущим мучением: пока добьешься от быстро теряющего потенцию мужчины положительного результата, намаешься, как будто вагон угля разгрузишь. А ведь оставить его в состоянии фиаско – себе дороже, быстро найдет замену. Крут бывает, если его за брыжейку дергать! А еще это кривляние: какой он у тебя большой, какой крепкий, какой сильный. Да у моего дога больше! А про силу и говорить нечего.

Перемыв косточки шефу, Маша стала разбирать пришедшую почту и распечатывать электронные письма. Она могла бы пораскладывать пасьянс, но только после того, как сделает все свои привычные дела. Иначе не избежать сеанса садомазо у шефа на ковре. Тут раздался негромкий зуммер интеркома.

– Машенька, пригласите ко мне Сергеева.

Машенька быстро набрала нужный номер, соединилась, потом тут же нажала вызов шефа и сообщила:

– Господин Сергеев будет через двадцать минут. Он уже подъезжает к офису.

– Почему подъезжает? – голос шефа звучал раздраженно.

– Он подписывал договор с клиентом, теперь возвращается.

– Хм… – голос шефа все еще оставался злым.

– Это был его личный клиент, Михаил Афанасьевич.

– Хорошо. Никого не пускать. Как только появится, сразу ко мне.

– Будет сделано, Михаил Афанасьевич.