От Русской Правды до наших дней. Краткая история отечественного права по версии интернет-издания Acta: читать начало книги онлайн

В области вотчинного землевладения на законодательном уровне получил закрепление усложнённый характер отчуждения и наследственный характер вотчинной собственности. Вотчины, наряду с собственностью государя и поместьями, являлись в ту пору видами феодального землевладения.

В Соборном Уложении почти полностью отсутствуют нормы, регулирующие вопросы семейного права, поскольку эта отрасль юриспруденции в ту пору относилась к ведению церковного суда. Документ в некоторой степени затрагивает эту отрасль – в той части, в которой «пересекаются» семейное право с уголовным и имущественным. При этом важно понимать: тогда родители сохраняли права власти над детьми до самой своей смерти. Что касается имущественных отношений, они нашли отражение в Уложении, тогда как личная сторона взаимоотношений членов семьи осталась «за кадром».

Отдельно стоит оговорить, что Соборное Уложение достаточно подробно регламентирует порядок гражданского и уголовного судопроизводства («вершения суда»), который предполагал «вчинание», т.е. подачу челобитной жалобы и вызов ответчика в суд. При судоговорении непременно должен был вестись «судебный список» (т.е. протокол судебного заседания). В качестве доказательств рассматривались показания свидетелей, содержание документов, присяга в виде целования креста.

К процессуальным мероприятиям относился «обыск» (так именовался опрос населения с целью выяснения сопутствовавших преступлению обстоятельств либо получения информации об искомом лице), «правёж» (он был характерен в случаях, когда должник оказывался неплатёжеспособным, и представлял собой наказание розгами), «розыск» (он проводился для выяснения обстоятельств тяжких, включая государственные, преступлений и зачастую сопровождался узаконенной Соборным Уложением пыткой).

Соборное Уложение царя Алексея Михайловича сохраняло своё значение как законодательный акт на протяжении без малого двух столетий (до начала 1830-х годов, когда был разработан Свод законов Российской империи). В течение двух десятилетий после принятия Уложения оно было дополнено статьями, связанными с «татебными делами, а также регулировавшими правоотношения по поводу вотчин и поместий. Составными частями Соборного Уложения также стали Наказ о городском благочинии, Новоторговый устав, Писцовый наказ, а также «приговор» Земского Собора, отменивший местничество (систему распределения служебных мест с учётом происхождения, служебного положения предков лица и его личных заслуг).

Значение Соборного Уложения заключается в обобщении и своеобразном подведении итогов основных тенденций в предшествующем развитии русского права; в закреплении порядков, характерных для наступавшей эпохи абсолютной монархии; в систематизации правовых отраслевых норм. Более того, Соборное Уложение стало первым печатным памятником русского права. Будучи относительно кратким (если сопоставлять его с аналогичными документами европейских государств) и довольно доступным для ознакомления и использования в правоприменительной практике, Соборное Уложение царя Алексея Михайловича по ряду позиций может быть сравнимо со сборниками актов не только той, но и последующих эпох. Работа над ним была проведена в достаточно сжатые сроки, но основательность проработки позволила документу способствовать укреплению государственной власти.

Свод законов Российской Империи. Попытка кодификации

Соборное Уложение, о котором шла речь ранее, во второй половине XVII века вполне отвечало требованиям времени. Но проведение реформ в последующий период, связываемых с именем первого императора России Петра (не случайно его имени сопутствует определение «Великий»), сопровождалось столь активным законотворчеством, что потребовалось навести решительный порядок в правовой системе государства.

Неоднократные попытки, предпринимаемые самим императором, а впоследствии и преемниками Петра I, не возымели ожидаемого эффекта. Изо всех комиссий, которые были созданы в России в XVIII веке, возможно выделить, пожалуй, «Комиссию о сочинении проекта нового Уложения» (её деятельность непосредственно связана с пребыванием на троне Екатерины II и была начата в 1767 году). Однако обстоятельность, сопровождавшая подготовительные работы, и на этот раз не принесла желаемого успеха.

Приблизиться к достижению поставленных целей сколько-нибудь существенно удалось лишь при императоре Александре I, который поручил руководство работами своему приближённому – реформатору М. М. Сперанскому. Новое дыхание процесс обрёл с преобразованием в 1810 году Комиссии составления законов в учреждение при Государственном совете и назначением Сперанского её директором и государственным секретарём.

Рассмотрение частей проекта гражданского уложения было начато Государственным советом в начале 1812 года, проекта уголовного уложения – в 1814 году. Дальнейшая деятельность комиссии связана с подготовкой и публикацией в 1815 – 1822 годах «Систематического свода существующих законов Российской империи с основаниями права, из оных извлечёнными».

Ощутимый импульс процесс получил с восшествием на престол Николая I, который видел своей главной задачей упрочение государственного строя и наведение порядка в государственной администрации. Самодержец прислушался к мнению М. М. Сперанского, предлагавшего разработать проекты гражданских, уголовных, полицейских и хозяйственных законов, а также осуществить издание полного собрания имевшихся законов в хронологическом порядке и приступить к составлению гражданского и уголовного уложений.

Николай I уделил первостепенное внимание собиранию и приведению в порядок существовавших на ту пору законов. Именно такая задача была поставлена перед созданным для этой цели Вторым отделением Собственной Его Императорского Величества канцелярии. Руководить этой структурой был поставлен действительный статский советник М. А. Балугьянский. Фактическое же руководство кодификационными работами осуществлял М. М. Сперанский. Он-то и обозначил два главных направления деятельности – разработку Свода законов и создание Полного собрания законов.

Обилие правовых актов и их рассредоточенность по многим ведомственным архивам, как и отсутствии полных реестров изданных законов, существенно осложняло работу. Однако к 1 марта 1830 года эта, без преувеличения – эпохальная, деятельность увенчалась долгожданным результатом. Полное собрание законов Российской империи было выпущено двумя собраниями. В первое из них были включены изданные до 12 декабря 1825 года (дня вступления на престол Николая I) акты, а во второе – те акты, что изданы после названной даты.

Параллельно с подготовкой Полного собрания законов осуществлялась и деятельность, необходимая для последующего составления Свода. Поистине титанические усилия, приложенные к созданию исторических сводов (гражданских и других законов), явились предисловием к работе над систематическим сводом законов.

Показательны приёмы, применённые при работе над Сводом. Так, его составление представляло собой распределение разного рода узаконений по предметам правового регулирования. И они представляли собой статьи, составившие в совокупности каждый из томов Свода. Правда, статьи не всегда были дословным изложением положений нормативных актов, а подчас содержали дополнения из иных актов, но по той же проблематике. Это отличало приведённый в Своде текст от текстов оригинальных документов.

Другое отличие состояло в проведении редакторской правки первоначальных текстов: неясность или устаревший характер терминологии при этом устранялись, но смысл, главным образом, сохранялся. При этом работа кодификаторов заключалась не столько в воспроизведении источников, сколько в толковании действующего права. Осовременивание текстов нередко имело результатом даже формулирование правовых норм на основе малопонятных устаревших текстов.

Особо следует сказать о ревизии подготовленных частей Свода. Потребность в ней возникала в связи с необходимостью убедиться в полноте и точности изложения переработанного материала. Естественно, отменённые законы не должны были попасть в Свод. Из примерно 2000 замечаний М. М. Сперанский принял около 500, после чего в течение 1832 года было осуществлено полиграфическое исполнение документа.

Вступление в силу Свода законов состоялось 1 января 1835 года.

Говоря о разработанной М. М. Сперанским системе построения Свода законов, нужно подчеркнуть: принцип деления права на публичное и частное (отправной точкой можно считать римское право) позволил разделить законодательство на государственные и гражданские законы. В свою очередь, гражданские законы подразделялись Сперанским на определительные и охранительные законы. Определительные законы были составлены из норм, в которых отражалось существо «государственного союза» и вытекающих из них прав. Соответственно, законы были категорированы: были выделены основные законы, учреждения государственные и губернские, законы сил государственных и, наконец, законы о состояниях. Вторую группу государственных законов составили те правовые акты, которые охраняли «союз государственный и гражданский» (т.е. это предохранительные законы и уголовные законы).

Градация гражданских законов по Сперанскому предполагала деление этих правовых актов на определительные и охранительные. Ими были объединены нормы материального и процессуального права. Первую группу составили законы, в которых определялись права и обязанности в области семейных отношений, общие и особенные законы об имуществах. А вторую – законы о порядке взысканий по бесспорным делам, судопроизводстве и о мерах гражданских взысканий.

Целям обеспечения доступности законодательства, как их понимал М. М. Сперанский, служило упрощение поиска нормативного материала в сочетании с модернизацией и совершенствованием законодательства. Было произведено укрупнение основных подразделений систематического собрания законов. Полученные в результате такого подхода основные отделы практически полностью соотносились с отраслями права – государственным, административным, гражданским, уголовным и т. д. Более того, принятая при работе над Сводом законов система позволила распределить законодательство в соответствии с отраслями управления и экономики. Государственные и гражданские законы были разделены на восемь книг, которые в свою очередь состояли из 15 томов.

Так, «Книга I. Учреждения» имела в своей структуре три тома: «Основные законы и учреждения государственные», «Учреждения губернские» и «Уставы о службе гражданской». «Книга II. Уставы о повинностях» представлена одним томом, именовавшимся «Свод уставов о повинностях рекрутской и земских». Озаглавленная «Уставы казённого управления» книга III включала в свой состав четыре тома: «Уставы о податях, пошлинах, питейном сборе и акцизе», «Учреждения и уставы таможенные», «Уставы горный, монетный и о соли» и «Уставы лесной, оброчных статей, арендных и старостинских имений». «Книга IV. Законы о состояниях» представлена томом «Свод законов о состоянии людей в государстве». В структуре книги V «Законы гражданские и межевые» имелся один том, именовавшийся «Свод законов гражданских и межевых». Книгу VI «Уставы государственного благоустройства» составили два тома – «Учреждения и уставы кредитных установлений, учреждения и уставы торговые, постановления о фабричной, заводской и ремесленной промышленности» и «Учреждения и уставы путей сообщения, устав строительный и устав пожарный, постановления о благоустройстве в городах и селениях». Озаглавленная как «Уставы благочиния» книга VII объединяла два тома – «Устав об обеспечении народного продовольствия, устав об общественном призрении, учреждения и уставы врачебные» и «Уставы о паспортах и беглых, о предупреждении и пресечении преступлений, о содержащихся под стражей и о ссыльных». Свод законов завершался книгой VIII, имевшей название «Законы уголовные» и включавшей в свою структуру единственный том «Свод законов уголовных».

В общей сложности, Свод законов состоял из 36 тысяч статей, а если учесть ещё и приложения, то количество статей составляет более 42 тысяч. Но, несмотря на свою масштабность, этот эпохальный труд (речь идёт об издании 1832 года) нельзя полагать полным, поскольку в него не были включены действовавшие в некоторых национальных окраинах узаконения местного характера, а также ряд ведомственных нормативных актов. Отчасти такие «пробелы» были устранены впоследствии.

Несмотря на некоторые «недоработки», Свод законов Российской империи имел чрезвычайно большое значение. Впору говорить о новом этапе в развитии права: выстроенная система действующего законодательства имела не только чёткую и продуманную теоретическую и практическую основу, но и содержала обилие указателей, справочных материалов, что облегчало понимание и применение юридических норм. Некоторые историки права характеризуют работу над Сводом законов как крупную политико-правовую реформу.

По сути, можно говорить о внедрении начал законности в российской действительности. Впервые в практике законотворчества обобщены и систематизированы многие правовые понятия, описана организация и существо верховной российской власти, определён правовой статус сословий, расшифрованы ключевые понятия в юриспруденции («закон», «право собственности», «преступление» и др.). Основой сборника законодательных актов явилась научная система разделения и расположения законов. По сути, можно говорить о формировании основ правовой системы Российской империи.

Проведённая работа убедила в том, что назрела кодификация законодательства, ликвидация пробелов и противоречий между законами. Ещё одним выводом стали практические шаги по развитию юридического образования в России (уже в 1835 году открыто Императорское училище правоведения, а отделения «нравственных и политических наук» в университетах преобразованы в юридические факультеты).

При всех позитивных сторонах Свода законов документ не был лишён достаточно существенных недостатков, одним из которых исследователи полагают неоднородность законодательного материала, а также ведут речь о громоздкости, противоречивости и разбросанности. «Простая» инкорпорация не получила в полной мере дополнения в виде кодификации, что явилось существенным отличием Свода законов Российской империи от целого ряда кодексов той эпохи, принятых в странах Европы.

Неполнота Свода была видна и М. М. Сперанскому и обусловлена тем, что в законодательстве не были урегулированы многие сферы общественных отношений, а целый ряд правовых норм не вошёл в Полное собрание законов. Целый ряд узаконений последнего оказался вне томов Свода (это церковные законы, законы о народном просвещении, о государственном контроле и др.). Недостаточно проработанным оказался раздел гражданского законодательства (в том числе – о завещаниях, об опеке и попечительстве, о правоотношениях между супругами и по целому ряду других вопросов). Не вполне понятно было, как выстраивать правоотношения, порождённые полицейскими и финансовыми нарушениями, и некоторые иные.

Не были разграничены в Своде законов понятия нормативного и ненормативного правового акта, в него были включены некоторые технические правила, не относимые к правовым нормам. Юридический язык документа страдал неопределённостью, а некоторые статьи – излишней многословностью.