Бастиан Швайнштайгер. Сердце команды: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Забегая вперед, приведем слова Марселя Райфа из финальной части нашей книги – они характеризуют личность Швайнштайгера и его героическое восхождение на вершины футбольного мира: «Он мужественно переносил поражения и никогда не ныл. Взять, к примеру, тот финальный матч с «Челси». Какая печаль, какая пустота навалились после нереализованного пенальти! А он поворачивается и говорит, что мы-де еще возьмем свое. Достойный пример для подражания. Его можно использовать в работе с молодежью. Им стоит посмотреть на это и поучиться».

1

Басти, мячик и лыжи

Швайнштайгер. Эту фамилию неподготовленному иностранцу едва ли под силу произнести. В испаноязычном мире ее переделали в «Эсвайнстейгер», а легендарный бразильский футболист Пеле как-то раз усмотрел в ней название американской марки виски Swine’s Tiger. Но больше всех отличился Дидье Дешам, увенчанный лаврами тренер сборной Франции – действующих чемпионов мира. Накануне четвертьфинала Лиги чемпионов-2011/12, еще будучи главным тренером «Марселя», он назвал трех игроков «Баварии», с которыми ухо держать надо востро: «У них есть Лам, Боатенг и Шайснайгер»[2]. Через несколько дней он извинился: «Я никогда не учил немецкий, такие оговорки случаются…»

В верховье реки Инн фамилия Швайнштайгер – не редкость. В телефонных справочниках по обе стороны границы наберется больше трех десятков Швайнштайгеров, однако, что неудивительно, в них не встретить ни Альфреда, ни Моники из Обераудорфа, ни Тобиаса из Розенхайма. А в Чикаго, что на побережье озера Мичиган, домашними телефонами пользуются еще реже.

1 августа 1984 года, на календаре среда. В той семье Швайнштайгер, о которой сейчас пойдет речь, случилось прибавление – теперь их не трое, а четверо. Не прошло и двух с половиной лет, как за Тобиасом в Кольберморе под Розенхаймом на свет под знаком Льва появился второй сын, Бастиан. То, что именно с этого дня в ФРГ стали штрафовать за вождение без ремня безопасности (40 западногерманских марок), не должно расцениваться как предзнаменование, равно как и то, что лучшим синглом того лета была песня Two Tribes[3] британской группы Frankie Goes To Hollywood.

Швайнштайгеры жили в местечке Эрленау, что находится в часе езды от Кольбермора по автомагистрали А93. Глава семейства, Альфред, или Швайни Фред, набравшийся опыта торговли в розенхаймском спортивном магазине, который принадлежал Райнхарду Гютляйну, бывшему супругу горнолыжницы Кристы Кинсхофер, с начала 80-х владел собственной торговой точкой, его бизнес расширялся. Его брат, Швайни Ганс, профессиональный повар, вел дела молодежной турбазы «Шауэрхаус», в 1986 году перешедшей к нему от родителей.

Если ты, подобно Бастиану, родился в горах, твоему отцу принадлежит ближайший подъемник (ныне уже не существующий), а инвентарь в любой момент доступен в его же магазине, то как можно не стать лыжником? Чуть ли не с пеленок младший Швайнштайгер со свистом носился по склонам, начинающимся за входной дверью, причем носился так, что Францу Гархаммеру, будущему футбольному тренеру Бастиана в Розенхайме, до сих пор становится дурно, когда он вспоминает об этом.

«Зимой Басти прямо после садика направлялся к подъемнику и ехал на самую вершину, – рассказывает родившийся в 1959 году Гархаммер, троюродный брат Фаззи Гархаммера, пионера в области лыжного фристайла. – В те места, куда с трудом съезжали взрослые, этот парнишка слетал одним махом. Меня до сих пор можно считать неплохим лыжником, но если бы я катался так, как он, то давно бы уже переломал себе все кости».

В округе никто не удивлялся тому, что младший брат вслед за Тобиасом тоже проявил себя в лыжном спорте настоящим сорвиголовой. Бастиан не только унаследовал талант своего отца, чье восхождение к спортивным вершинам в гигантском слаломе в основном составе команды Немецкого лыжного союза внезапно оборвалось из-за травмы колена, но и был начисто лишен страха. Соревнуясь с потомственным горнолыжником Феликсом Нойройтером из Партенкирхена, Басти всегда выходил победителем; оставаясь друзьями, они постоянно подначивали друг друга. А если после гонки запал сходил на нет, то у матери Феликса, Рози Миттермайер, всегда были наготове гермкнедли – булочки из дрожжевого теста с ванильным соусом и щепоткой мака сверху, которые Швайнштайгер обожает до сих пор.

Гархаммер убежден: из Басти получился бы горнолыжник Германии номер один, если бы он в возрасте 14 лет не выбрал для себя футбольное поприще. «До соревнований с Феликсом он мог обходиться даже без лыжного костюма, – говорит тренер. – Ему удавалось все, за что он брался: лыжи, хоккей, баскетбол, теннис, футбол или гольф. Не было такого вида спорта, который оказался бы ему не под силу».

Лыжи и мячи – верные спутники Бастиана. «Как только мы научились ходить, папа тут же кинул нам мяч», – вспоминал Тобиас в интервью газете Tagesspiegel. Впоследствии уже сам папа на страницах журнала Focus подвел такой итог: «Благодаря теннису Бастиан стал лучше владеть мячом, благодаря лыжам развилась координация, благодаря гольфу повысились умственные способности».

Двор перед родительским домом при каждом удобном случае превращался в хоккейную площадку. «После школы я приходил домой обедать, делал уроки, а затем начиналось: «Мам, можно я пойду погуляю?» – вспоминает Бастиан о тех временах в интервью газете Süddeutsche Zeitung. Все соседские дети были тут как тут, когда Тоби со своим младшим братом устанавливали ворота. «Мы просто рисовали линии на траве, чтобы разметить площадку; не мелом, а специальным спреем, чтобы не стерлись. Это были основные линии и центральный круг. Туда вставал вратарь, когда мы играли в ринк-хоккей»[4].

«Сколько же мне приходилось ждать, чтобы подъехать к дому! – с усмешкой рассказывает почтальон и близкий друг семьи Швайнштайгер Херманн Фелкль, с которым мы встретились в спортивном магазине. – Иногда они натягивали через всю улицу теннисную сетку, и приходилось ждать чуть дольше, чем обычно, пока они все уберут».

И все-таки центральное место принадлежит футболу. В дни, когда в «Обераудорфе» не было тренировок, мяч летал на лугу (не застроенном и поныне) в какой-то сотне метров от родительского дома. При деятельном участии отца маленькие Швайнштайгеры оборудовали полноценную спортивную площадку; на одном ее конце – деревянные ворота Басти, фаната «Баварии», в связи с чем они выкрашены в красный, на другом конце – голубые ворота Тоби, который вместе с мамой Моникой болеет за «Мюнхен 1860». На поле были даже прожекторы. Столбы для них братья недолго думая позаимствовали с лыжного подъемника. Кто может – тот может[5].

Бастиану еще не было и четырех лет, когда он начал играть в команде. Его футбольная родина – клуб «Обераудорф». Швайнштайгера-младшего приняли вместе с братом, который на два года старше его. В чемпионате для мальчиков 7–8 лет сезона-1989/90 на его счету были внушительные 45 голов (итоговая разность мячей – 113:3). В клубе более высокого ранга, «1860 Розенхайм», его ожидали новые задачи. Тренером Швайнштайгера стал вышеупомянутый Франц Гархаммер, и он не мог надивиться тому, какой талант зрел на его глазах: «Время от времени мы использовали на тренировках мяч для американского футбола, и Басти был единственным, кто мог вычислить его траекторию. Это было феноменально. С такой степенью одаренности я еще не сталкивался – ни до Басти, ни после».

Помимо техники Швайнштайгера и его понимания логики игры, тренера юношеской команды приводила в восхищение железная воля Басти. «Это у него от отца», – уверен Гархаммер. Пусть Фред и не блистал в техническом плане, выступая на турнирах по обе стороны германо-австрийской границы, «но благодаря своему росту и мощи ему на позиции центрального защитника почти всегда удавалось первым отбить мяч головой. И по полю он бегал как ненормальный». В середине 70-х в Розенхайм приезжала «Бавария», вспоминает Гархаммер, и после матча Франц Беккенбауэр спросил, указывая на Фреда: «Кто это у вас тут такой? Он, кажется, смог бы пробежать и через бетонную стену».

Понятия «вполсилы» не существовало и для Басти. «На тренировочном поле он выкладывался так же, как в матчах». И не без последствий. «Кожа у него была содрана до самой попы, а из ссадин на коленках я пинцетом извлекал грязь. Но длинные штаны он ни за что не хотел надевать», – рассказывает Гархаммер. Впрочем, вмешательство мамы Моники, посоветовавшей хотя бы подтягивать гетры выше колен, принесло свои плоды. Годы спустя Херманн Герланд будет только головой качать при виде «подвязок» Швайнштайгера.

Если с тем, что касается внешнего вида, Швайнштайгер перестал считаться с ранних лет, то футбольные премудрости он впитывал как губка. «То, что ты сказал ему на установке, он в точности исполнял на поле, – с гордостью рассказывает Гархаммер. – У меня он чаще всего играл шестого номера, блокируя плеймейкера соперника. Параллельно он выстраивал свои комбинации и гонялся за каждым мячом. Но никогда при этом не вел себя эгоистично». Как раз наоборот: Швайнштайгер постоянно следил за тем, чтобы у его партнеров появлялись возможности реализовать себя наилучшим образом. «При необходимости он даже от линии ворот мог сделать передачу тому, кто занимал более выгодную позицию, – говорит Гархаммер. – Командный дух был в нем от природы».

Чувство превосходства, однако, не развилось в высокомерие. «Басти никогда не кичился тем, что он лучше большинства игроков, – вспоминает Гархаммер. – Он так близко к сердцу принял единственное поражение в матче с «Розенхаймом» (U-13), что это было почти смешно. В следующие выходные мы победили команду из Прина 10:1, и он спросил: «Я сегодня в целом нормально играл?» «Само собой, не переживай так», – ответил я тогда, внутренне смеясь. Я держался строго, но Басти мне всегда приходилось поглаживать по голове, когда он вот так на меня смотрел. Да, его требовалось изредка чесать за ушком, зато на поле на него можно было положиться целиком».

Старшие ребята не только приняли маленького Швайнштайгера на равных, они сразу окружили его вниманием. Взять, к примеру, Флориана Хеллера и Лео Хааса, которые впоследствии стали профессиональными футболистами и выступали в клубах Ингольштадта и Аугсбурга; они сразу смекнули, что он за птица, утверждает Гархаммер: «Его энергичная манера поведения вызывала уважение. Он всегда мог воодушевить других. А благодаря его стремлению побеждать он мог увлечь за собой даже тех, кто был старше его».

В рамках чемпионата U-13 юниоры сотворили маленькую, но сенсацию, а именно – победили «Баварию», которой двенадцать лет подряд не находилось равных в их возрастной категории. Швайнштайгер играл против лучших ребят из Мюнхена, среди которых был небезызвестный Томас Хитцльспергер. «В те годы его удар отличался убийственной силой, его все боялись, – рассказывает Гархаммер. – Но в игре против Басти у него не было ни единой возможности пробить».

Лидерские качества Швайнштайгера были заметны с первого же дня его пребывания в «Розенхайме». С этим связана любимая история Гархаммера, которая произошла на тренировочной базе. «После первой тренировки в команде U-13 все ребята ринулись в раздевалку прямо через клубный ресторан, полный посетителей. При этом даже не поздоровавшись. Я пришел в ярость и отослал их всех обратно, потому что речь шла об уважении к гостям и хозяйке заведения. Через приоткрытую дверь я увидел, что на этот раз они пропустили вперед Басти, самого младшего. На весь ресторан он смело и уверенно произнес на диалекте: «Всем добрый вечер, добрый вечер!» Присутствовавший в зале Дитер Бреннингер, бывший игрок «Баварии», чуть не задохнулся от смеха, – рассказывает Гархаммер. – Это было выступление, достойное большой сцены. Если бы его можно было тогда записать на мобильный телефон, видео произвело бы фурор».

Гархаммера также можно считать одним из тех, кто повлиял на решение Швайнштайгера, одаренного слаломиста, после некоторых колебаний посвятить себя футболу. Однажды он оставил Тобиаса на скамейке запасных и выпустил на поле лишь младшего брата. Под вечер ему позвонил их отец, и он был вне себя от гнева! «Фред пригрозил, что он навсегда заберет Басти в лыжный спорт, если я не буду давать братьям одинаковое игровое время, – рассказывает Гархаммер. Разговор продолжался четыре часа, пока амбициозный отец не уступил. – Я ему так и сказал: если хочешь сделать из Басти лыжника, пожалуйста, это твой сын. Просто в этом случае он будет зарабатывать 10 тысяч марок в год вместо миллиона, который он заработал бы как футболист. Возможно, это заставило Фреда задуматься».

Вполне возможно. Сам Бастиан, отвечая на избитый вопрос «Лыжи или футбол?», всегда отшучивался. Например, в интервью мюнхенской газете Abdenzeitung: «После игры всегда давали гермкнедль и кайзершмаррн[6]; это было мне по вкусу, но не по вкусу был постоянный холод, и лыжи было тяжело тащить. Да и вставать футболистам надо не так рано, как лыжникам».

Последний лыжный поединок с другом детства Нойройтером состоялся в 1997 году в южнотирольском Брессаноне при поддержке легендарного слаломиста Альберто Томбы. Швайнштайгер победил в самой массовой лыжной гонке на свете. А Феликсу, который финишировал на 1,9 секунды позже, по сей день припоминают ту историю. «У его папы, Фреда, явно нашелся какой-то супервоск, – с ухмылкой рассказывает он. – А мой папа взял и натер мне лыжи медом, чтобы меня притормозить и дать господину Швайнштайгеру разок победить в гонке. Его счастье, что мы больше никогда не соревновались друг с другом».

Поклонники с большим удовольствием понаблюдали бы за их реваншем. Несмотря на то что Швайнштайгер проиграл пари, объявленное им самим на телевидении в марте 2015 года[7], и должен был состязаться с Нойройтером в товарищеской гонке на горе Гудиберг в Гармиш-Партенкирхене, все это до сих пор так и не осуществилось. Зато их обоих увековечили в детской книге, вышедшей в 2017 году под заголовком «На старт! Внимание! Марш!». В ней рассказывается о соперничестве лисенка-лыжника по имени Икси и хаски-футболиста Басти – история, которая должна привить маленьким читателям интерес к спорту. Если без лишних спойлеров, то мораль книги в том, что дружба важнее побед. И что движение ничем не заменишь. Даже продажи – и те должны постоянно расти.

2

Алтарь футбольного бога

Визит в Обераудорф

Возьмем ступни Бастиана Швайнштайгера и олимпийского чемпиона по прыжкам с трамплина Маринуса Крауса, приложим руки Эдмунда Штойбера…[8] То, что может прозвучать как инструкция по сборке спортивно-политической химеры из Верхней Баварии, на самом деле не что иное, как описание «Обераудорфской аллеи славы», которую так окрестила местная администрация. Три самых знаменитых уроженца городка, расположенного неподалеку от автомагистрали А93, имеющего репутацию горнолыжного и климатического курорта, оставили неизгладимые следы перед ратушей со строгим фасадом – каждый из отпечатков был увековечен в бронзовых плитах, расположенных на таком расстоянии друг от друга, что его с трудом преодолел бы легкоатлет в тройном прыжке. Отпечаток Швайнштайгера от следа ноги Крауса разделяют шесть обыкновенных брусчатых камней. Между плитами лыжника и бывшего премьер-министра в мостовой находятся 11, пока еще пустых, что свидетельствует о том, что Обераудорф подготовился к увековечиванию достижений следующего поколения.

Этим зимним вечером в городе, где живут всего 5000 человек, наблюдается весьма оживленное движение. Машин с розенхаймскими номерами здесь примерно столько же, сколько из Куфштайна, что говорит о непосредственной близости границы с Тиролем; на большой заправке по ту сторону моста через Инн, где бензин дешевле, также царит оживление. Это называется «топливный туризм». В самом Обераудорфе действует всего одна автозаправка, и то благодаря местным полицейским, пожарным и чиновникам, которые по-прежнему из принципа заполняют баки своих машин здесь; автомастерская при станции также помогает ей сводить концы с концами.

Если вы хотите взглянуть на то, как автотрасса может изменить ландшафт, стоит отправиться в Обераудорф. Построенный в 2017 году шумозащитный экран вдоль автомагистрали виден отовсюду; окна таунхауса Швайнштайгеров с гаражом на две машины выходят прямо на деревянную конструкцию. Неэстетично, зато практично – такова позиция местных властей. После появления экрана шума и пыли стало в разы меньше.

[2] Первая часть исковерканного имени Швайнштайгера прозвучала как Scheiße – «дерьмо» (нем.).

[3] Антивоенная песня об американо-советском противостоянии.

[4] Хоккей на роликовых коньках.

[5] Популярная баварская поговорка (Wer ko, der ko).

[6] Сладкое мучное блюдо, посыпанное сахарной пудрой. В буквальном переводе – «императорский омлет».

[7] Нойройтер на спор начеканил мячом 100 раз.

[8] Политик, бывший премьер-министр Баварии.