Экзо: Экзо. Порядок доставки. Точка Заката: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Для среднестатистического нано задетый лимфатический узел не означал бы ничего, но, судя по тому, что рассказал Хаммер и до чего Дрей додумался сам, была большая вероятность того, что этот юнец накачал себя наноботами одной из культур т-симуляторов. Скорее всего, внешними подобиями т-киллеров, что-нибудь вроде «Тополиного пуха». Эти боты были великолепны для ускорения вывода из крови продуктов метаболизма и позволяли увеличивать выносливость бойца. Одна проблема, связанная со всеми роботами этого вида, подделками лимфоцитов, заключалась в том, что при резком механическом возбуждении лимфоузла их концентрация неоправданно возрастала, приводя к непродолжительной коме, крайне напоминающей смерть.

Дрей это знал. Потому что был любопытным. Сама по себе подобная информация приносила мало практической пользы. Убить человека было значительно проще, чем правильно ударить по лимфоузлу нано. Но вот гляди-ка, и эти сведения пригодились.

Теперь он ждал, устраивая красочное шоу. Ждал, когда его удар в самом начале поединка принесет видимые результаты и можно будет эффектно завершить бой.

Это было балансирование на тонкой грани. Могло оказаться, что ни «Тополиного пуха», ни его аналогов у нано нет. Могло оказаться, что удар Дрея будет не псевдо, а по-настоящему смертельным.

Выбор у него был небольшой. Просто убить противника было бы неразумно. Просто умереть на этом ринге самому? Не лучше.

Нано решил перевести бой в партер. Может, уже почувствовал слабость, возможно – просто предпочитал борьбу. Зато Дрей обниматься с противниками любил не очень, поэтому его удары стали резче и короче. Пусть слабее – зато меньше шансов, что противник успеет сделать захват.

К сожалению доставщика, в ограниченном пространстве крайне сложно удержать дистанцию. Крайне сложно избежать захвата. А как только захват сделан, дорога одна – к удушающим и болевым приемам. Дрей был уверен – что и те, и другие не сильно-то подействуют на переполненного ботами нано. Оставалось сразу ломать кости и суставы.

И захват был сделан. Нано, вместо того чтобы поставить очередной блок, принял удар корпусом и захватил руку Дрея. После чего тут же повалился на пол, увлекая за собой экзо.

Кисть оказалась заломлена, рука держалась на изломе суставов, шея – в удушающем захвате ногой. Крайне неудобная позиция для продолжения боя. Но опять же, излишне банальная, чтобы не суметь из нее выбраться.

Удар свободной рукой, удар почти из невозможного положения мыском босой стопы. Захват значительно ослаб, и Дрей тут же ужом освободился от удушающей шею ноги, а затем, извернувшись неестественным, как могло показаться зрителям, образом высвободил и руку.

Еще мгновение – и он уже душил нано сгибом локтевого сустава. Занятие абсолютно бесполезное. Продавить накачанные мышцы нано таким захватом было нереально, а задушить – заняло бы несколько минут минимум, до того момента, когда нано начнет слабеть. Нереально, столько Дрею его было не удержать.

Да не больно-то и хотелось. Зато тянуть время на таких приемах было одно удовольствие. Что сейчас Дрею и требовалось.

В реальном времени бой длился не более десяти минут. Публика была счастлива. Публика орала, визжала, швыряла в решетку бутылками. Наиболее активные ее представители пыталась пробраться на арену, чтобы помочь одному из гладиаторов.

В какой-то момент Дрей наконец почувствовал, что его оппонент существенно слабеет, сам того не понимая. Особенность сбоя наноботов культур «Тополиного пуха» в этом и заключалась – вроде ничего не чувствуешь, а потом неожиданно оказываешься в коме.

Надо было действовать, пока слабость противника не стала очевидна окружающим. Пришла пора эффектной концовки. Дрей высвободился из очередного захвата и вскочил на ноги.

Это было три удара, из которых значимым был первый. Первый удар отправил противника в нокаут. Второй и третий были сделаны для виду, но зрителям должно было показаться, что именно они – смертельные.

Дыхание нано должно было почти остановиться. Пульс – замедлиться до предела. Конечно, это скоро обнаружат. Но не слишком быстро, чтобы попытаться привести лежащего в сознание и заставить Дрея его добить. Все соблюли лицо. Все довольны, и никто не умер.

А если кто и останется недовольным или что-то заподозрит, то Дрею было на это начихать. Мэр, возможно, был умным политиком, но убивать людей, чтобы позабавить зрителей и укрепить чью-то власть в мурашнике, доставщик не собирался.

Краем глаза он заметил, как на арену бросился советник мэра. Надо было дать ему возможность изобразить безутешного отца без необходимости проявлять актерский талант. Но экзо опасался, как бы советник не начал исполнять свои угрозы прямо сейчас.

Доставщик покачнулся, как будто теряя сознания, и неожиданно сделал пару неуверенных шагов в сторону, практически упав на ворвавшегося через открывающуюся дверь советника. На какие-то мгновения ухо политика оказалось прямо напротив губ Дрея.

И Дрей произнес, спокойно и негромко, без эмоций и без сбившегося дыхания, как будто не он только что провел на ринге трудный бой:

– Ваш сын жив, советник. В коме. Советую вам пока об этом помалкивать. А если захотите побыстрее поставить его на ноги, то обратитесь попозже ко мне. Ко мне живому. Боюсь, вам придется теперь меня очень беречь.

Почему бы немного и не поблефовать?

Первый бой Дрей выиграл. По все статьям.

Хаммер должен был быть доволен.

Глава третья. Улицы

Мэр произнес торжественную речь по поводу победы чужака. Торжественную, но не слишком вдохновляющую. И не слишком длинную. Мэр уже считал навозника трупом.

Даже его власть была ограничена. Хотя, скорее, он и не стал бы разменивать свои политические козыри ради человека со стороны, от которого не мог получить никаких дивидендов.

Каждый был сам за себя. Советник пока что проявил максимум заботы о ближнем. Он хотя бы побеспокоился за свои родные гены, за выживание наследственных культур наноботов или за что там должны беспокоиться нано.

Каждому было наплевать, выживет ли чужак, или сдохнет, как только исчезнет из поля зрения. Но ни на что другое Дрей и не рассчитывал. Ничего другого этот мир ему никогда и не предлагал. Или почти никогда.