– Я надеюсь пережить даже моего отца, хотя кому-то это может показаться невозможным.
– Тогда почему вы здесь?
– Вы мне нравитесь.
– Не порите чушь. Мы с вами едва знакомы.
– Мне кажется, что я знал вас всю жизнь.
– Банальность. Заезженная фраза.
– Хорошо, не кажется. Я не знал вас всю жизнь. Но я хочу знать вас весь остаток жизни.
– Это еще большая ерунда, чем та, первая. Еще скажите, что любите меня.
– Это было бы неправдой.
– А вы всегда говорите правду? Я спрашивала вас, чем вы занимаетесь.
– И я дал туманный ответ. Но я не говорил, что я – не военный. Вы тоже не дали мне о себе никакой информации. За что вы не любите пилотов?
– Я не говорила вам, что не люблю пилотов. Откуда вы знаете? А, ищейки из УИБ. – С каждой следующей фразой ее голос становился все жестче и жестче. – Передайте им, что они хорошо поработали.
Юлий почувствовал, что проигрывает. Они разговаривали, но это был совсем не тот разговор, на который он рассчитывал.
– Подключить УИБ – это был единственный способ, чтобы найти вас. Сам я не смог, хотя и пытался.
– Зря старались.
– Объясните хотя бы почему.
– Вы мне не нравитесь.
– Почему? Потому, что я – пилот?
– Потому, что вы – пилот и потому, что вы натравили на меня УИБ. Представляете, что обо мне теперь думают мои коллеги по работе?
– Дайте мне их номера, и я с ними свяжусь, чтобы объяснить ситуацию.
– Хватит и того, что вы уже сделали.
– Как я могу загладить свою вину?
– Никак.
– Изабелла…
– Майор, вы дурак?
– Не знаю, – честно признался Юлий. Сам он не мог об этом судить, потому что был необъективен.
– Сколько раз я должна сказать вам «нет», прежде чем вы поймете, что это значит, и оставите меня в покое?
– Вы хотите знать точную цифру?
– Да.
– Три миллиона восемьсот тридцать восемь тысяч двести сорок два раза.