– Может, он в детстве недоиграл в «пилотов и пиратов». А может, просто коллекционирует модели.
– Ты можешь разузнать и о нем?
– Могу, но поскольку Ольховский является имперским подданным, тебе это сделать легче.
– Я не могу интересоваться этим делом по своим каналам.
– Почему?
– Потому что официально никакого дела не существует.
– Вот как? – Асад изогнул правую бровь. Одну. У Юлия никогда так не получалось. – Меня интересуют подробности.
– Я не имею права тебе их рассказывать.
– После того, как я обещал тебе помочь?
– Я сказал, что не имею права. Я не сказал, что не буду. Но ответь мне на еще один вопрос. Хотя бы на одном из этих крейсеров был главный калибр?
– Конечно, нет. Ты же знаешь вашу политику в этом вопросе.
– Не вооружай друзей, потому что они могут стать врагами.
– Что-то вроде того. Так что стряслось с этим крейсером?
– Ты никому не расскажешь?
– Клянусь бородой Пророка!
– Я его сбил.
– Ты?
– Я.
– Крейсер?
– Да.
– В одиночку?
– Нет, мне помогали. Я, как бы это сказать, нанес «удар милосердия».
– Вы что, с кем-то воюете?
– С сепаратистами Сахары.
– Откуда у этих идиотов крейсер?
– Именно это я и хотел бы узнать.
– Ты думаешь, что это был один из наших крейсеров?
– Была такая информация.
– Откуда?
– От нашей разведки. Нам сказали это на предполетном брифинге. И знаешь, что самое интересное? У того крейсера был главный калибр.