Голоса начали отдаляться, а я недоумевала -- как такое может быть?
Услышанный разговор никак не желал выходить из головы. А я всё пыталась убедить себя, что мне это мерещится, и я скоро очнусь. Напрасно -- изменений не было. Окружающее пространство продолжало наполняться гулкими шагами, шорохами, смутными силуэтами. Пробовала напрячь зрение -- не вышло. Какая же я никчёмная, ничего у меня не получается. Ну а что ещё от меня ждать, я не зонайя -- я ньяма, тупая бесчувственная ньяма, пригодная только на то, чтобы равнодушно смотреть по сторонам, есть что дадут, спать и кормить маленьких избранных грудью.
Откуда-то из глубины поднимался протест. Ньямы не учатся, не поют хвалебные песни, не плетут узоры инджьёри, не помогают в воспитании новых избранных, не собирают плоды в садах храма, не читают книги древних, их не хвалит главный жрец Ульрик...
Ульрик! Неужели он всё знал? "...Правильно её сломить... обвинить с порога во лжи, унизить, порвать платье...". Платье! Порвать платье!
Один из старых жрецов однажды выпил не той настойки. От него дурно пахло, он икал и говорил странные вещи: "Чё смотришь, ик, чё вы все на меня смотрите? Тоже думаете Онарок стар, Онарок слаб и ничего уже не соображает? Э нет, ик, они ещё меня узнают, я всем расскажу! Вот вы думаете вы избранные и всё такое? Эх вы, безмозглые куклы! Вы нужны магам только для того, ик, чтобы забрать всю вашу силу, всю до капли. Они вас выпотрошат, высосут и выбросят. А Онарок знает, ик, что надо сделать. Надо..."
Помощники служителей храма не дали договорить, молча увели его, и больше мы старого Онарока не видели. Нам объявили, что он повредил голову и ушёл на звезду. Все маги, жрецы и избранные приходят со звезды и уходят туда же, когда наступает срок, или когда портится тело.
Онарок был прав, он знал. И Ульрик знает: "...выжать из девчёнки всё до капли...". Значит маг забрал мою силу и мне ничего не осталось? Но ведь можно что-нибудь сделать. Онарок знал что делать, но не успел сказать. Я опять принялась себя жалеть и обвинять в никчёмности, новая волна протеста не дала впасть в уныние. Надо что-то делать, хотя бы оглядеться.
Я сконцентрировалась на одном из ближайших силуэтов и захотела его увидеть, даже мысленно приказала появиться. С пятой попытки он появился, как будто выпрыгнул из серого марева. Это был старинный гобелен, украшавший стену напротив. Краски выцвели, бахрома по краям обтёрлась, но рисунок ещё различался. Там были маги, в чудных нарядах замершие в разных позах, и они улыбались, как в книгах Древних.
Одна фигурка удивительно похожа на меня. Захотев рассмотреть её получше, мысленным приказом потянула к себе. Тот фрагмент гобелена увеличился, стал более чётким. Нет, он не приблизился, и я не сдвинулась с места, изменилась только моя способность видеть. Я попробовала проделать то же самое с другими силуэтами. С трудом, но получилось. Удалось различить большие дверные проёмы, узкие длинные окна, лестницу на второй этаж, камин из розового камня в прожилках, несколько полукруглых столиков, широкие кресла на изогнутых ножках. Я здесь уже была - это центральный холл.
Последней я разглядела большую потолочную люстру. В ней то и находилось всё, что от меня осталось: маленькое бледное облачко без чёткого контура с более плотными прожилками внутри. Впору было заплакать, но отвлекли голоса, сюда кто-то шёл.
На ходу поправляя мятую рубашку, по лестнице спускался тот, кто забрал у меня всё. Если бы могла передвигаться, то обязательно кинулась к нему, потребовала всё вернуть, но что я могу. Да и разве послушает.
За ним важно вышагивали Верховный маг Орлас. Раньше я видела его только мельком и всегда испытывала благоговейный трепет, но сейчас, когда знала, что он высасывает зонай сразу по несколько штук, испытала отвращение.
Главный жрец Ульрик, как всегда сутулился, но его довольное лицо сложно было не заметить. Рядом семенил помощник с круглым чёрным камнем в руках.
-- Мой мальчик, ты нас потряс, сразу девять единиц, -- Орлас ликовал, -- если с обучением будет так же хорошо, то мне будет на кого оставить повер!
-- Да, да, замечательный результат, -- Ульрик внимательно разглядывал моего мага (хотя уже не моего), -- но Ариос, почему ты хмур?
Ариос не ответил, только нервно пожал плечами.
-- Он просто растерян, пойдём, сынок, тебе надо хорошенько отдохнуть, завтра тебе предстоит появиться перед малым советом уже в качестве нового мага. Надо подготовить благодарственную речь.
Они прошли через холл и скрылись из вида в правом коридоре.
Значит, он смог забрать мою силу и стал полноценным магом, а я? Как быть мне?
Глава 6. Рита
Сколько же ему лет? И имя узнать не мешало бы.
Очнулась я первой. Полежала, прислушиваясь к мерному биению сердца. Вставать не хотелось, но желудок жалобно заурчал. Видимо это тело давно не кормили. Пора будить несостоявшегося насильника и отправлять на добычу пропитания.
Открыла глаза, но вместо того, чтобы растолкать юношу, нежно погладила по щеке. Он улыбался во сне, тихонько посапывая. Значит жить будет. Я с удовольствием рассматривала статное тело покрытое лёгким загаром. А он симпатичный -- вырастет, совсем красавцем будет. Этаким женским сердцеедом.
Его ноги по-прежнему были связаны простынёй -- надо бы освободить. Узлы поддавались с трудом, сил в руках не хватало, но я победила. Он засопел сильнее, перевернулся на бок, совсем по-детски почмокал губами и прижал к груди подушку. Ладно, пусть спит, а я пока огляжусь вокруг и найду ванну.
Намотав на себя освободившееся полотнище, я взялась за изучение окрестностей. Яркий витраж в высоких стрельчатых окнах понравился. Преображённый солнечный свет создавал атмосферу сказочной таинственности. Но обстановочка могла быть и получше. Малахитовые стеновые панели плохо гармонировали с ярким восточным ковром. Белые двери -- как в больнице. Громадная кровать в громоздких завитушках. А то, что я приняла за занавеску, оказалось нежно лиловым балдахином. Никогда не была ценителем эклектики -- стиля, когда всё и сразу.
Помывочные удобства нашлись за второй белой дверью, за первой -- ещё одна комната поменьше и поскромнее, со шкафами и разным барахлом. Была здесь и третья дверь в другой стене, но туда я не дошла.
Выключателя на привычном месте не оказалось, а света из маленького окошка высоко под потолком явно не достаточно, пришлось оставить дверь в комнату открытой. С унитазом всё понятно: круглое отверстие и педалька, как в поезде, а вот старая чугунная ванна на витых ножках, ржавеющая в углу, не оправдала моих ожиданий. Как я не крутила ручки смесителя -- вода не появилась. Зато рядом за занавеской обнаружилась большая деревянная бадья в человеческий рост с тёплой водой. Видимо центральное водоснабжение сбоит давно. За бадьёй ещё одна белая дверь, ведущая на лестницу. Наверняка, чтобы воду таскать -- удобно. Заперев её на засов (на всякий случай), я скинула простынь и погрузилась в остывающую воду.
Проблемы прошлого плавно отступали на волне мышечного расслабления, заботы новой жизни ещё не проявились в полной мере, я смаковала каждую секунду, мысленно составляя планы на ближайшее будущее.
Итак: я, однозначно, в новом Мире и новом теле. Богиня меня уже в третий раз спасает, и надо отдать ей должное, сегодня переход был не столь мучителен как раньше -- натренировалась.
Мир похож на обычный -- человеческий. Драконы не летают, гоблины не выскакивают, но может быть это пока... Буду надеяться на лучшее. А тот юноша забавный, но хлипкий, чуть было от щекотки не окочурился. И про учителей-садистов надо выяснить. У Перемени спрошу, как только появится. Странно, что до сих пор её нет.