Сердце убийцы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ах, помощи… — Ристана усмехнулась. — Не беспокойся, Роне. Я очень ценю нашу, как ты изящно выразился, дружбу. Ты просто не представляешь, как сильно ценю. Но ты же не думаешь, что я — слепая дура? Ты вчера готов был меня предать. Правда, недооценил упрямства моей сестренки. Она так похожа на ослицу, не правда ли? Это наследственное. Я тоже упряма, милый.

— О боги… — Роне прикрыл глаза ладонью. — Тайна, ты ревнуешь?

— Нет, Роне. Если бы я ревновала — я бы давно убила тебя, кобеля. Ты вернулся ко мне лишь потому, что Дюбрайна нет, а Шуалейда тебя послала к зургам. И не вздумай мне врать, темный шер Бастерхази.

— Ты иногда такая умная, Тайна, что я прямо удивляюсь — отчего временами такая дура. Как еще, по-твоему, можно было подобраться к полковнику МБ и неадекватной сумрачной девчонке? И то, моя игра долго не продержалась.

Ристана поморщилась.

— Ладно, сделаем вид, что я тебе верю. Опять верю. Так вот, милый, продолжая тему оперы…

— Что. Ты. Опять. Натворила.

— Ничего, что мне бы не посоветовал мой верный мудрый друг. Все как ты меня учил, любовь моя. Сломать волю мальчишки можно, лишив его поддержки. Как удачно, что верных ему людей всего ничего. Было.

Ристана улыбнулась так самодовольно, что Роне чуть не взвыл. Эта бездарная сучка посмела… посмела сомневаться в нем! Не слушаться его!

— И ты проредила и без того редкую поросль? — еле удерживая на лице маску спокойствия, спросил он. — По моему, как ты изящно выразилась, мудрому совету.

— Именно по твоему. Мудрому, — улыбнулась она еще самодовольнее. — Закариаса Альбарру и Мануэля Наба можно сбросить с доски.

— Хм. Я уж думал, ты сумела убрать по-настоящему важные фигуры. Герашанов.

— И до них дойдет очередь. Так я — хорошая ученица, мой темный шер?

— Возможно. Когда я увижу траву над ними — вернемся к этой теме.

— Траву над младшим Альбарра ты увидишь уже завтра. А юный барон Наба еще пригодится нам живым. Наба, как известно, всегда мстят обидчикам, даже если обидчики — сумрачные шеры второй категории.

— То есть ты хочешь сказать, что твои люди… кто, кстати, опять Сильво? — По дрогнувшим пальцам и метнувшимся в сторону зрачкам Роне понял, что попал в точку. — Не важно, кто. Они что-то сделали с Мануэлем Наба, что он должен был подумать на Шуалейду, и оставили его в живых? И полчаса тому назад твоя сестра его нашла. Живого.

— Видимо, нашла, — пожала плечами Ристана. — Тебе что, жаль мальчишку?

— Мне жаль тебя, Тайна. Ты так ничему и не научилась.

— Ах, Роне, Роне. Ты никогда не умел признавать поражение.

— Роне, да будет тебе известно, никогда не марается сам, если этого возможно избежать. Посылать Сильво было глупо. Герашан его вычислит. Умный человек воспользовался бы услугами гильдии.

— Ах, Роне, Роне, — повторила Ристана. — Вот потому я и ценю твою дружбу, что ты всегда прав! Гильдия, именно гильдия! Уверена, ты еще не забыл туда дорогу.

— Я-то не забыл. Но если ты думаешь, что я буду тебе помогать в покушении на офицера МБ, ты очень ошибаешься.

— Будешь, милый. Потому что иначе этот офицер МБ доберется до тебя. Он же давно мечтает выцедить твою кровь и пустить твою печень на ингредиенты. А тут такой повод: смерть Альбарра, запытаный до сумасшествия Наба. Виноват, разумеется, темный шер. Ведь нас, бездарных, вы в расчет не принимаете.

— Твой Сильво что, бросил мой плащ рядом с трупом Альбарра?

— Ну зачем так грубо. Фи, Роне.

— Грубо — подставлять своего единственного друга, Тайна.

— Ни в коем случае, Роне. Я ни за что не стану рисковать тобой. Ты же знаешь.

— А что станешь, моя прелесть?

— О, всего лишь помогу тебе принять единственно верное решение. И напомню, что МБ занимается спасением мира от злобных темных колдунов. Дюбрайн — тоже. И если ты надеешься на его заступничество, то зря. Он не простит тебе кнута на эшафоте.

Кто сказал, что правда — это прекрасно? Правда — это больно. Кошмарно больно. Так, что артефактное сердце останавливается, каждый из сорока семи шрамов горит, словно политый кислотой, и больше всего на свете хочется сдохнуть. Просто сдохнуть. Без памяти и перерождения. Насовсем.