Сердце убийцы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не бойся. Я справлюсь, Шу. Мы сохраним Валанту. Отец не для того… — он замолк.

Обернулся.

Шу вместе с ним.

Позади качали ветвями клены и эвкалипты. Обыкновенные клены и эвкалипты с зелеными листьями и гладкими стволами. Лощина Памяти закрылась.

До парадного подъезда дошли в молчании. Так же, в молчании, поднялись на второй этаж, к королевскому кабинету. По дороге Каетано лишь едва кивал в ответ на поклоны придворных: ваше величество, скорбим… ваше величество, плачем…

На половине пути, перед галереей Масок, перед Каетано склонился поседевший, пожелтевший от горя и вины шер Бенаске: именно он, беззаветно преданный вассал, принес своему королю то злополучное письмо, не решившись нарушить волю кронпринца, подкрепленную чарами.

— Ваше величество, позвольте…

— Слушаем. — Каетано скользнул по нему холодным взглядом.

— Шер Бастерхази вернулся два часа назад. Он получил из Иверики известия…

Шуалейда поморщилась. О возвращении темного шера она уже знала, но еще не говорила Каю. Возможно, зря. Злиться на шакала и предателя — лучше, чем тосковать по отцу.

— …мятежники разбежались, город полон полусумасшедших людей и сумасшедших слухов, — продолжал шер Бенаске.

— Что за слухи? — спросила Шу, снова не для себя, а для Кая.

Спрашивать, откуда секретарь узнал о письме, не было необходимости: она легко читала его страх перед Бастерхази, смешанный с виной и желанием ее загладить. Пусть даже за подслушанный разговор с Ристаной темный шер превратит его в такое же умертвие, как Эйты — все равно после смерти любимого короля жизнь не имеет смысла.

— По слухам, лжепророка и его последователей забрал демон из Ургаша. — Секретарь осенил лоб малым окружьем. — Прошу простить, но больше ничего темный шер не говорил.

Говорил. Еще как говорил. Просто не Ристане. И об этом разговоре Шу тоже не желала вспоминать.

— Благодарю, шер Бенаске, — кивнул Каетано. — Вы принесли радостное известие, столь драгоценное в этот скорбный час.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Шер кланялся, пряча слезы: от милостивых слов юного короля его вина и боль лишь крепли.

— Проводите нас, шер Бенаске, — приказала Шуалейда, чтобы старик, упаси Светлая, не разрыдался прямо посреди холла, и махнула рукой, веля ему идти вперед.

Королевский парк, час тому назад

Шуалейда шера Суардис

Она даже не увидела, как всадник вылетел из-за поворота аллеи, лишь услышала стук копыт — и ощутила волну тьмы. Обернулась. Отскочила с его пути, забыв даже выставить щит. И заворожено смотрела, как сворачиваются призрачные крылья, превращаются в знакомый черно-алый плащ, как то, что мгновение назад было живым сгустком силы — становится человеком, как он спрыгивает с химеры, делает шаг к ней…

Глупый порыв броситься на шею, обнять и расплакаться на груди — от горя или от облегчения, не суть — она задавила. После того, как они расстались, ширхаба с два он обнимет в ответ. Скорее посмеется или скажет, что она сама виновата. Что она всегда во всем виновата сама, и смерть отца — не исключение.

Поэтому она так и стояла ледяной статуей, закутанной в алый траур.

А он — сделал еще шаг к ней, поклонился…

Официально. Отвратительно официально. И нет, ей больно вовсе не от того, что он не обнял ее, не назвал, как прежде — моя Гроза, не от того, что он не закутал в горячий бархат своей силы, а остался непроницаемым под ментальными щитами.

Ей больно потому, что отца больше нет.

— Вы опоздали, темный шер, — сказала она, и собственный голос показался ей хриплым карканьем. — Его величество Тодор умер вчера.

— Умер?.. — переспросил Бастерхази. — Примите мои соболезнования, моя… ваше высочество.

Сердце снова болезненно защемило. Он почти сказал, почти… И поправился. Назвал ее высочеством. Не выпустил наружу ни капли эмоций. Ширхаб его нюхай.