Где-то через час усталый, но довольный Роне отошел от мерцающего лучшей в мире защитой сейфа с сокровищем и устало сел в кресло. Еще раз оглядел голые стены и позвал:
— Тюф!
Из стены высунулась довольная морда гоблинонежити. Костяные челюсти подрагивали, синие огни в пустых глазницах мигали и меняли тон.
— Добрый хозяин! Тюф будет служить!
— Почини это все, — махнул Роне на оплавленное зеркало и дыры в стенах там, где проходили нити системы глушения и перенаправления связи.
Гоблин радостно заскрипел и заверещал, выпрыгнул из стены и принялся скакать по комнате, дергаясь, словно сломанная механическая игрушка. От алтаря к нему тянулась темная пряжа, обнимала скелет вместо плоти, на концах пальцев свивалась в черные, алые и фиолетовые нити. Словно игла в руках безумного портного, Тюф мелькал повсюду, штопая камень и эфирные структуры.
— Неплохо, весьма неплохо! — раздался знакомый и почти родной голос. — Научишь?
Роне невольно улыбнулся. Ману вернулся, скумбрия одноглазая!
— Конечно, — отозвался он. — Сразу, как только изловишь гоблинского шамана. Тюфа на опыты не отдам.
— Нельзя Тюфа на опыты! Тюф хорошо служит! — тут же заверещала нежить.
Ману засмеялся и возник во втором кресле, напротив Роне. Не такой плотный, как некоторое время назад, но вполне, вполне!
— Рад твоему возвращению, дохлая ты камбала.
— Я тоже, — усмехнулся Ману. — Привет тебе из Ургаша. Извини, сувениров не захватил.
— Из Ургаша? — напрягся Роне.
— Ну да. — Ману пожал плечами. — Трудновато пять веков быть не совсем живой книгой. Пока я большую часть времени спал, было терпимо, а сейчас связь истончается… короче говоря, если бы девочка не устроила вот это…
— Погоди, ты что — мог не вернуться?
Роне ощутил совершенно нерациональный страх.
— Такая вероятность существовала. А, нет смысла об этом говорить, Ястреб. Было бы подходящее тело, а так… Сумрачная девочка очень вовремя устроила бесплатную раздачу слонов.
— Слонов?.. Это опять из сказок?
— Ага, что-то вроде того. Так что это было, Ястреб?
— Откуда я знаю. Может, ее муха укусила.
Какая именно муха, следовало немедленно выяснить. Увы, не сходя с места — не вышло. Ближайшее к башне Око Рахмана не откликалось, видимо, сгорело. А внимание, направленное на башню Заката, наткнулось на активный барьер. Проще говоря, Роне словно молнией шарахнуло. Вспышку головной боли, тошноту и выкручивающую ломоту в суставах он проигнорировал: жив и ладно, прочее успеется. Плохо было то, что сине-лиловый монолит не собирался никого пускать внутрь. Даже пару Герашанов — светлые, похоже, прибежавшие к девчонке сразу, как только началась чехарда с эфиром, ошарашенно стояли под дверью и переговаривались. О чем, Рональд не смог разобрать: то ли их щитов буря не затронула, то ли успели восстановить. Скорее первое — судя по тому, что Риль Суардис все же остался цел, алтарь Хисса хорошо исполнил роль громоотвода.
— Не думаю, что она жаждет поделиться подробностями, — покачал головой Роне. — Но выяснить все равно надо. Проклятье. Если с ней что-то случится, Дайм мне не простит.
— А сам-то себе простишь? — хмыкнул Ману и принюхался к свежесотворенной чашке какого-то вонючего чая.
— Не суть, — отмахнулся Роне. — В любом случае…
— Надо пойти и разведать, — за него закончил Ману.
— А почему бы тебе не пойти и не разведать? Ты же дух! — внезапно осенило Роне.
Но фокус не удался.
— Потому что я совершенно не уверен в том, что смогу вернуться из Линзы. Меня и так слишком часто заносит в какие-то странные места. Послушай доброго совета, Ястреб. Прекращай баловаться с некромантией. Быть нежитью тебе не понравится.
Роне только пожал плечами. Ну да, не понравится. Но кто бы его спрашивал! Он, между прочим, совершенно не планировал всего этого. Он хотел лишь свободы и безопасности. Ну еще может скромной должности Властелина Мира — когда-то давно, когда ему было лет пятнадцать.