Деликатное поручение: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Таинственная смерть намибийского дипломата.

Первый секретарь намибийского посольства в России Джозеф Ритуако был убит на днях в своей родной деревне в Республике Намибия. Президент республики Сэм Нуджома выразил свои соболезнования семье погибшего. Причины убийства расследуются».

— То есть Джо убили?

— Вы понимаете, что это значит, Александр Борисович? — лихорадочно заговорил Горностаев. — Это значит, что Алеша находится в чужой стране совершенно один. Я не знаю, что с ним. Никто не знает, что с ним. Что бы я лично ни думал о Джо, но по крайней мере, когда Алеша был с ним, я мог быть уверен, что мальчик в безопасности. Я бы лично отправился в Намибию и стал перед Джо на колени, умоляя вернуть внука. Но теперь…

Во взгляде Горностаева Турецкий увидел такое отчаяние и вместе с тем надежду, что, не в силах выдержать этот взгляд, отвернулся к окну:

— Я не смогу дать вам сейчас ответ, Михаил Сергеевич. Я должен подумать. Обещаю, что, как только приму какое-либо решение, тут же вам сообщу.

— Спасибо, что выслушали, Александр Борисович. — Первый заместитель министра иностранных дел протянул Турецкому руку и тяжело, подавленно закончил: — Я хочу, чтобы вы знали — какое бы решение вы бы ни приняли, я вас пойму.

5

Выйдя из здания Министерства иностранных дел, Александр Борисович Турецкий почувствовал себя полностью разбитым. Он понял, что не в состоянии сейчас вести машину. Постояв несколько минут и глядя в одну точку, Турецкий направился в сторону Старого Арбата.

Знакомая мостовая всегда придавала силы. Александр Борисович медленно шел в сторону кинотеатра «Художественный», рассеянно оглядывая витрины магазинов.

Он чувствовал необходимость срочно зайти куда-нибудь и выпить кофе. Выпить кофе и хорошо подумать. Но все шел и шел.

Наконец Турецкий свернул в какое-то заведение и сел за самый дальний столик лицом в угол.

Через полтора часа перед ним на столике стояли четыре пустые чашки, в руках была пятая. Турецкий специально попросил официантку не уносить пустые чашки, чтобы не переборщить, иначе все могло бы закончиться кофеиновой интоксикацией.

Все это время Александр Борисович пытался найти причины, по которым ему не стоило бы ехать в африканскую Республику Намибия. Но все эти причины звучали не слишком убедительно. Только какое-то внутреннее забытое чувство останавливало его.

«Это глупо, Турецкий. Что ты там станешь делать? Приедешь в Намибию и… И что? К кому ты там пойдешь? К отцу погибшего Джо — верховному вождю? Догадайся с трех раз, Турецкий, куда этот верховный вождь посоветует тебе отправиться? В конце концов, его сын учился не в Америке, а в Российском университете дружбы народов. Думаешь, он не научил папашу, как по-русски называется то, куда посылают в таких случаях?»

«Ну и что? Пошлет — пойдем. Негордые. К тому же еще неизвестно, кто кого пошлет».

«Он тебя пошлет, Турецкий. Он. Если его сын, находясь в России, умудрился всех послать, представляешь, кем чувствует себя его отец в своей Намибии».

«Джо совершил преступление».

«А у тебя есть доказательства?»

«А если они у меня будут?»

«Даже если они у тебя будут, Турецкий, кому ты их покажешь? Дорогому и уважаемому начальнику Константину Дмитриевичу Меркулову? Предъявишь все доказательства и внесешь дельное предложение — а, кстати, Турецкий, какое предложение ты собираешься вносить? Джо ты не арестуешь, он мертв. Может, ты захочешь арестовать его отца? Здорово. Молодец. Только вот есть подозрение, что не прокатит твое предложение. Ты уж извини, но почему-то мне так кажется».

«Если будут доказательства его вины, можно будет сделать официальный запрос в их прокуратуру».

«Турецкий, не неси чушь. Какой официальный запрос? Первый замминистра тебе доходчиво объяснил, что никаких официальных запросов не будет. Ты поедешь туда как частное лицо, а не как представитель Российского государства. Как посол доброй воли. Помнишь, как школьники ездили на заре перестройки? Вот и ты так поедешь»;

«Ну и что, значит, так поеду».

«Ну так езжай. Чего сидишь? Только ты в курсе, что тебя там случайно могут принять за иностранного бандита и убить? У тебя же там даже оружия не будет. А еще веселей будет, если тебя посадят в намибийскую тюрьму лет на десять. И знаешь за что? За киднеппинг. А что! Это будет вполне логично. Приехал белый человек, хочет увезти черного ребенка. Вот ты сам подумай, что в данной ситуации должен думать твой намибийский коллега? Учитывая, что этот черный ребенок, вдобавок ко всему, из весьма известной в Намибии семьи. Ты бы сам что подумал?»

Внутренний диалог грозил затянуться до бесконечности, поэтому Александр Борисович решил принять единственно правильное в данной ситуации решение. Он достал телефон и позвонил жене:

— Привет, Ириш. Мне срочно нужен твой совет.

— Давай, Шурик. Задавай вопросы.

— Если отец тайком похищает сына и увозит его от матери в другую страну, это плохо?

— Это отвратительно.