Лицензия на happy end: читать начало книги онлайн

– От кого?!

Ей почему-то вспомнился неведомый Тарас, намеревающийся положить конец ее жизни.

– От милиции, Катька!

– От милиции?!

Вот уж сюрприз так сюрприз! С чего это ей от них бегать? Она ничего такого не делала, просто спросила, и все…

– Ваньку Голощихина кто-то отравил! – с ужасом выпалила тетя Маша и неистово трижды перекрестилась. – Говорят, ты.

– Я??? – Старкова даже попятилась, настолько нелепым показалось ей это утверждение. – Кто говорит, тетя Маша?!

– Милиция и говорит. Сейчас придут тебя арестовывать, так что беги, не будь дурой, – выпалила на одном дыхании ее соседка по огороду и ходко затрусила к своему забору, потом остановилась все же, будто вспомнила, и проговорила с чувством: – Я-то верю, что ты не трогала этого алкаша. Только кто меня спросит! А пока разберутся, ты уж полсрока отсидишь. Беги, Катька!

Отравили… Милиция думает… Полсрока…

Чудовищные слова, совершенно никак не вязавшиеся с ее жизнью и самим представлением о ней, ухали в голове, словно разбуженные филины в дремучем лесу.

Придут ее арестовывать… Пока разберутся… Просидит полсрока…

Что за бред такой?! Что за ерунда?! Она никого не трогала, не травила, не убивала и не грабила, и она сможет это доказать!

И вот тут-то и всплыло гадкое растерянное слово, моментально выбившее почву у нее из-под ног.

Как???

Как она сможет доказать, что она ничего такого плохого не совершала?!

Бегала по городу? Бегала! Вопросы задавала всем подряд? Задавала! К Александру приставала с намерением выведать у него хоть что-то? Приставала! В милиции липовое удостоверение представляла на обозрение? Да, да, да!

Кто станет слушать заезжую дамочку, врушку еще к тому же? Никто. На нее постараются навешать всех собак, как говорят ее ученики-старшеклассники. И за смерть несчастного Голощихина, если он и в самом деле умер, тоже ей отвечать.

Надо бежать. И бежать незамедлительно, иначе никто и никогда не отыщет ее следов в страшных застенках чужого, незаметного на карте города.

Старкова заметалась по дому, торопливо распихивая свои вещи по сумкам. Сорвала с веревок в сенцах развешанные после стирки джинсы, купальник, футболки. Сгребла в косметичку с полочки над рукомойником все, что успела разложить. Блокноты, авторучку, зарядку для телефона, все наспех, все бегом. Угораздило тоже раскидать все по разным углам, будто навек тут поселилась!..

Торопливо влезла в тонкий спортивный костюм, наскоро зашнуровала кроссовки, схватила сумки в руки и, чуть приотворив входную дверь, осторожно выглянула на улицу.

Вот когда она благословила ночную непогоду, развесившую к утру хмурую кисею из вязкого тумана. Вот когда осознала всю ее спасительную прелесть. Не будь тумана, тот умник, что прогуливался теперь с милицейским жезлом на изготовку возле ее машины, непременно ее заметил бы. А так…

А так она тут же ретировалась обратно в дом, осторожно, стараясь не создавать лишнего шума, вернув на место дверную задвижку. Прислонилась к двери, отдышалась и в три прыжка очутилась у задней двери, ведущей в огород. Если и там засада, она пропала!

Нет, не успели еще обложить ее со всех сторон. Путь через огород был свободен. Согнувшись так, что ростом стала с карлика, Катерина скачками добралась до задней калитки. Потом такими же скачками помчалась вниз под гору, не замечая вовсе, что выпачкала светло-голубой костюм в грязи и озеленила травой.

Добралась до реки и, старательно огибая песчаную кромку, не омываемую водой, побежала вдоль берега.

Она бежала все равно куда, лишь бы подальше от места, где ее подкарауливала опасность в лице родной милиции. Выдохлась, когда городишко остался далеко позади. Упала спиной в колючую высокую траву и, не выдержав напряжения, расплакалась.

Куда вот теперь ей деваться, куда? Домой возвращаться, под опеку и защиту Дедкова и Терехова? Так вряд ли они ей помогут. Раз уж удостоверение, подаренное Васькой, никакого впечатления на органы не произвело, то что смогут эти двое, прибывшие без полномочий, буквально дикарями. Нет, тут надо как-то по-другому. Как-то иначе, хитрее и изворотливее.

Катерина задумалась, покусывая колючую травинку.

Лежать на земле было сыро и холодно. Хмурое утро продолжало уплотнять белесую мглу, оседая на лице отвратительными каплями. Старкова задрала кверху ноги, оглядела вымазанные спортивные штаны, вряд ли теперь подлежащие восстановлению, нахмурилась и вздохнула.

Нет, домой ей точно нельзя. По номерам ее машины адрес вычислят моментально. И засаду там устроят. Незамеченной ей не проскользнуть, тем более в таком виде.

К матери тоже нельзя. Опросят соседей, очень скоро выяснят, где теперь живет ее матушка, и…