- Да ваш крик и мертвого поднимет! - Она перевела взгляд на девочку. - Ризани, ты хотела узнать, в порядке ли я. Как видишь, нормально. Хватит капризничать, живо ложись спать.
- Но мне все равно больно! Как прикажешь засыпать в таком состоянии?
- Ладно, я поняла. - Она повернулась к Лиссиании. - Мама, у нас остался настой на корне златолистника? Ну, тот, который очень горький.
- Ээ, горький?
- Кажется, я сказала не капризничать. - Рена щелкнула девочку по носу. Та скорчила недовольную гримасу, но больше ничего не возразила. - Так остался или нет?
- Остался. Но хватит только на один раз. Рена, ты, правда, уверена, что хочешь использовать именно его?
- Да. - В голосе так и сквозило раздражение. - Я не могу сегодня ухаживать за ней, поэтому нужно дать что-нибудь такое, что позволит ей забыть о боли, пусть даже всего на день, и нормально поспать. Мне тоже нужно отдохнуть и восстановить силы.
- Хорошо, я схожу за настоем. Присмотри пока, чтобы твой маленький зверек не поранилась на ровном месте.
- Иди уже. Уж как-нибудь справлюсь.
Рена проводила взглядом целительницу, потом повернулась к Ризани. Девочка как-то вся сжалась, будто боялась, что Рена сейчас ударит ее.
- Зеленоглазка, я... - Ризани нервно взяла край одеяла и стала теребить его в руках.
- Не зеленоглазка. Рена. - Девушка прикрыла указательным пальцем рот девочки, обрывая ее на полуслове. - Давай лучше завтра поговорим. Сейчас постарайся просто немного поспать.
Через несколько минут вернулась Лиссиания с небольшой глиняной кружкой, над которой поднимался пар. Она протянула кружку Рене, та взяла ее и заставила Ризани сделать несколько маленьких глотков. Девочка пыталась было выплюнуть варево, но Рена, ожидавшая подобного исхода, влила остаток снадобья девочке в рот и, зажав одной рукой нос, второй прикрыла рот. Ризани возмущенно засопела, попыталась освободиться, что, впрочем, у нее не вышло и, в итоге, была вынуждена проглотить все.
- Что это за гадость?! Горько!
- Хорошее лекарство всегда ужасно на вкус. Зато боль пройдет через пару минут.
Действительно, боль отступила и Ризани уснула. Глядя на нее, раскинувшуюся на кровати и больше не пытающуюся дергаться, Рена мило улыбнулась.
- И правда, прямо как маленький зверек.
- Рена, идем. Нужно поменять повязки и промыть раны.
- Хорошо.
Они вышли и направились в соседнюю комнату. Рена села на стул и сняла свою рубашку без рукавов, чтобы Лиссиании было легче работать. Спустя минуту белый кусок материи, прежде закрывавший плечо и немалую часть руки, оказался на полу, и Рена потянулась, разминая затекшие мышцы.
- Не дергайся, дочка. Дай мне спокойно осмотреть тебя.
- Рука двигается совсем как раньше. - Рена перестала двигаться, в голосе ее звучало веселье. - Думаю, можно больше не беспокоиться о ней.
- Позволь об этом судить мне. Ты все-таки не мастер-лекарь, а всего лишь помощница. - Лиссиания смочила тряпицу в какой-то жидкости из ранее приготовленной чаши и осторожно, стараясь не потревожить рану и не причинить боль, начала стирать остатки мазей и крови.
- Хмм, это странно, но ты была права - укусы уже почти затянулись. Намного раньше, чем должны были. Похоже, дальше и правдаможно оставить все как есть. Отдохни сегодня, а завтра можешь возвращаться к работе. - Рена с надеждой посмотрела в глаза матери. - Да-да, к заботе над своим зверьком. Уж не знаю, почему для тебя это так важно, раньше ты не особо хотела помогать раненым. Вообще, расскажи, как ты ее нашла.
- Дело не в моем отношении к лекарству вообще. Просто для меня она особенная. А нашла я ее так. Я поднималась на вершину Туманной Горы в поисках златолиственника и черношипника, запасы которых у нас как раз подходили к концу. Но в это время растут они лишь на уступах недалеко от самого пика горы, поэтому двигаться приходилось с осторожностью, выверяя каждый свой шаг.
- Я же тебе запретила забираться так далеко одной. Там опасно. И не только из-за обвалов и риска сорваться. - Лиссиания была зла и расстроена. Впрочем, так как ее дочь вернулась и сейчас уже была здорова, любопытство перевесило гнев. - Продолжай свой рассказ, пожалуйста.
- Я поднималась все выше и выше, уже особенно не надеясь что-либо найти. Но мне улыбнулась удача - после очередного подъема на вроде ничем не примечательный выступ в скале я нашла целую поляну, заросшую златолиственником, а позади нее была небольшая пещерка. Раньше я не залезала так высоко, поэтому и полянку и пещеру видела впервые, что впрочем, неудивительно - даже ниже они не являются особой редкостью. В общем, я набрала полную сумку трав и собиралась уже идти обратно, но только тогда обратила внимание, что начинает смеркаться. А спускаться с горы в темноте... ну, не очень хорошая затея.
- Только не говори мне, что ты, решив не спускаться ночью, полезла в совершенно неизвестную тебе, весьма подозрительно выглядящую пещеру. - С каждым последующим словом, голос целительницы становился все более и более суровым, и в конце по своему звучанию напоминал уже звон стали. - Рена! Теперь я совсем не удивляюсь, что ты вернулась раненой! Удивительно другое - что вообще вернулась! Ну что за легкомыслие?! Там вполне могло быть логово диких зверей, тех же волков или медведей!
- Мама! - Рена была возмущена до глубины души. - Я все-таки не в первый раз ухожу из дома и знаю, как проверить, кто живет в той или иной местности! Ты же сама меня этому научила, как только мне исполнилось восемь лет! В пещере этой давно уже никто не жил, и вообще, кажется, животные обходили ее стороной.
- Обходили стороной, говоришь? - Голос Лиссиании неожиданно стал очень тихим. - Похоже, ума у них больше, чем у тебя, Рена! Если уж даже животные не хотели приближаться к пещере, то, какого лешего туда полезла ты?! Ты же прекрасно знаешь, что многие животные инстинктивно чувствуют опасность и стремятся быть от нее как можно дальше.