Последний тут же выскочил из-за своего стола.
— Молодой человек, вы в своем уме, куда собрались?!
Конечно, я мог бы просто выйти и ничего ему не говорить. Однако врач был первым приятным человеком, которого я встретил в Империи, а потому я решил немного успокоить его совесть.
— У меня есть знакомый целитель в одной из больниц. Не хочу терять время, сами понимаете, дело серьёзное.
Он посмотрел на меня с долей скепсиса, но спустя пару секунд лишь пожал плечами, даже похвалив за то, что я решил так ответственно к этому отнестись. Эта реакция может показаться немного странной, ведь, несмотря на то, что болезнь излечима для обычного пробужденного, всё равно остается риск скопытиться через неделю, однако…
Пробужденные в принципе очень небрежно относились к собственному здоровью. Большая часть болезней и недугов пробужденных лечится за один сеанс с магом, у которого есть атрибут целителя, что заставляло многих даже в моем клане всерьёз обеспокоиться о своем теле, только когда из него уже торчали кости и хлестала кровь.
Я хлопнул дверью и зашагал по полупустым коридорам академии. Кажется, уже вовсю шли занятия. Правда, у меня теперь есть дело поважнее, чем отметка в журнале посещений.
Если кто-то из знакомых в Империи мог помочь мне с такой проблемой, то только Шрауты. Самым простым способом подобраться к ним будет Тина, но она всё утро не поднимала трубку.
Не знаю, на что я надеялся в очередной раз набирая её номер. Ответ оставался тем же — минута безжизненных гудков. Я решил позвонить ещё раз для верности — и, к моему удивлению, трубку подняли.
В трубке раздался приятный, лощёный женский голос.
— Приветствуем, вы позвонили представителю клана Шраутов. Изложите, пожалуйста, свой вопрос, и мы в кратчайшем время донесем его до…
Я раздраженно прожал красную кнопку сброса.
Теперь личный номер Тины — часть их корпоративного мракобесия. Восхитительно. Ладно, как я уже не раз убеждался, у известных людей есть один неоспоримый плюс — у них никогда не получится спрятаться по-настоящему.
Вопрос решила пара поисковых запросов. Ну, как пара… кажется, клан Тины не жалел денег на рекламу самих себя. Кажется, вся первая страница поиска сплошь состояла из всяких купленных статей, восхваляющих величие Шраутов, ссылок на интернет-энциклопедии и бесконечные видео с речами то Гранта, то Варвары попеременно.
Впрочем, стоило добавить в строку поиска сегодняшнюю дату, и мне тут же удалось отыскать объявление о каком-то благотворительном мероприятии с кучей шишек, где Шрауты должны были представить до этого пропавшую с радаров наследницу — Валентину Шраут.
Я хмыкнул. Теперь у меня есть адрес — какой-то музей в центре.
Правда, ухмылка слезла с моего лица, как только я понял, что понятия не имею как мне туда добраться.
«Утри сопли и не позорь нас с отцом!»
«Ты ведь не какая-то подзаборная шваль, веди себя подобающе!»
«Почему ты не можешь быть как брат?»
«Это дурацкое платье, мама, я не хочу…»
«Перехочешь!»
«У меня болят глаза от всех этих дядек, они… светятся»
«Хотел бы я, чтобы твой брат был старшим.»
Тина покачала головой.
С болезненными воспоминаниями есть одна неприятная штука. Ты можешь засунуть их так глубоко, что будет казаться, словно все страдания, унижения и оскорбления происходили вовсе с другим человеком, однако это чувство обманчиво. Травмы на самом деле просто ждут момента, когда ты окажешься слаб или уязвим. И тогда, казалось бы, давно зажившие раны начинают отдавать фантомной болью. Может быть, не такой сильной и яркой, как раньше, однако куда более точечной и острой.
В такие моменты остаётся надеяться. На то, что они не нахлынут все разом. На то, что твоя жизнь в этот период объективно не так плоха, как когда-то тогда. На то, что рядом с тобой будет кто-нибудь, способный поддержать и прикрыть собой мерзкий, старый ком из комплексов и неуверенности, что так хочет сбить тебя с ног.
Увы, Тине не везло сразу по всем пунктам.
Девушка стояла посреди центрального зала музея в окружении сливок общества и прочей знати. Она прятала свой взгляд по углам больше по привычке, ведь с тех пор, как ей не удавалось справиться с паническими атаками, утекло уже много воды, и теперь Тина могла бы спокойно смотреть на всех гостей. Вот только ей совсем не хотелось этого делать.
Всё было как в детстве. Кучка расфуфыренных аристократов… Ни одного правдивого слова за весь вечер и мать за спиной, которая следит за тем, чтобы дочь не сделала ничего глупого.