Погонялово "Хомяк": читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Из-за нахлынувших эмоций сначала хотел вызвонить Адель или Виталину, но потом вспомнил, что они сейчас наверняка не в лучшей своей форме. Без штукатурки, с вениками вместо причесок на голове и помятые, они вызовут только отвращение.

Хотелка сразу перестала желать скорейшего применения на деле. Так было и в случае с Дашей, Олей, Полиной. Бессонова пока не сильно от себя воротила. Кстати…

Айфон показывал заряд тридцать процентов, но мне было наплевать. Залез в Инстаграм к «beautyladyU» и тут же наткнулся на пяток жизнеутверждающих постов опытной женщины-феминистки. Конечно же, моя бывшая хлебнула говна от хэйтеров, которые вылили на нее ведро помоев из-за моего кидалова. В принципе все они были правы. Юлька — дура, однако клюющая не на все, что при деньгах, ибо у самой бабла было немерено. Именно поэтому я с ней и встречался. Сама захочет, сама еды и тряпок поназакажет. Ни одного стоящего подарка ей не преподнес. Надо мне еще на такую… леди тратиться.

Закурив сигарету и в последний раз кидая на своего одичавшего Хомячка пылкий взгляд, начал потихоньку обдумывать план мести. Надо «возвращать» эту блогершу. И для начала необходимо «ошибочно» переслать красотке наше с Витой видео. Пускай побесится и устроит очередной скандал. Держу пари, что уже ночью мы с ней «помиримся». Очень жарко… Несколько раз к ряду на неделе. А потом снова кину. И я не ручаюсь, что на пьяную голову в очередной раз не включу камеру на телефоне. А будет плохой девочкой, еще и на порно сайте вывешу. Пускай потом перед отцом оправдывается, который, кстати сказать, частый гость на подобных порталах.

В универ сегодня ехать был не в состоянии. Спать хотелось до одури. Еле дождался, пока Машка скроется из виду, чтобы вновь вернуться домой и уже как нормальный человек залечь в постель. Странное чувство одолевало меня в ее присутствии. Мы как будто с двух разных планет. Я ночной зверь, жаждущий постоянной движухи и приключений. Она — спокойная, наивная и домашняя, живущая, как и многие другие, по расписанию. Для меня не существовало никаких правил, она же — самая настоящая ходячая инструкция. Вставать рано, учиться, работать, делать людям добро, когда они плевать на тебя хотели — это все про Хомякову. Собственно, как и моя сестра, всегда милая и прилежная девушка, которая легко может довериться полнейшему кретину, лишь на время примерившему маску «правильного мальчика».

Да, я такой, какой есть, со всеми недостатками и не привыкший делать из себя кого-то другого. А если человек с первого раза не понял, с кем связался, то это уже не мои проблемы. И когда я вижу, что имею дело с гнилью, то веду себя соответствующе. К сожалению, мое окружение сплошь состояло из этой самой гнили, однако я сам являюсь неотъемлемой ее частью. С Марией оказалось все иначе.

Она помыла посуду и ушла на учебу. О ней напоминала лишь спортивная сумка, валяющаяся в комнате сестры и аромат кофе. Я прекрасно знал, что Хомяк без ума от этого напитка, и что Светик частенько в свое время пользовалась этой ее слабостью, чтобы зазвать лучшую подругу к себе домой. Тогда я надолго уходил гулять, лишь бы только не пересекаться с Хомяковой. Мне не хотелось ее видеть. Ведь снова пришлось бы испытывать себя на прочность, а этого я совсем не желал.

Бессонова позвонила около одиннадцати утра. Разбудила меня, бессовестно крича в ухо разные колкости. Надо сказать, бальзам на душу, а то ведь я бы не успокоился, если бы она сделала вид, что не получала моей порнушки. Но если бы хоть на пару часов попозже… Голова квадратная от недосыпа. Еще и с бодуна…

— Меркулов, ты совсем озверел, что ли там на своих гонках? — очень кстати вспомнив про мое соревнование, орала в трубку Юля. — Какого лешего там вообще делаешь? Опять набухался?! И, конечно же, спутался с какой-то шавкой.

По всему выходило, что я самый подлый человек на свете и что именно мне стоит просить прощения у этой возвышенной во всех смыслах девчонки. Ну, я и попросил. Сделал вид, что половину не помню, что все это дикость и мне очень жаль. Она же ждет от меня этого? Ждет! Начиталась всяких романов о любви, где конченная тварь, встретив свою единственную, вдруг оказывается принцем на белом коне. Я еще в школьные годы Светку отучал от подобного чтива. Сколько времени потратил, чтобы она осталась нормальной и не поглупела от бредовых надежд на любовь с первого взгляда.

— Юль… — постарался добавить в голос как можно больше трагичности. Чтобы потом ей больнее было слышать меня настоящего. — Прости.

— Макс… — я уже представлял, как вздымается ее пышная грудь, как часто она задышала, как колеблется, желая меня немного помучить. Ага, как же… Разбежался. Неужели наивно полагает, что я готов ради нее меняться? — Ну, я не знаю. Ты мне причинил столько боли…

Началось. Я разбил ей сердце, а она добрая и не может просто уйти. Я ее мучаю, раны в организме кровоточат, а я, скотина такая, еще и ничего не отвечаю. Стыдно, ага… Типа я все понимаю и осознаю, каким мерзавцем являюсь. О, да, я так люблю ее, что готов «ломаться». С ней… Именно с ней я буду лучше. Вот она основа женской логики. К черту психологию, которая говорит, что человека нельзя переделать. Можно только сломать. Да, я не настолько туп и то, что все вокруг видят одну грязь — это лишь прочная стена, за которой скрыта моя настоящая суть. И черта с два ее кто-нибудь увидит.

— Я даю тебе последний шанс, Максим. — Я терпеть не могу когда меня называют полным именем. И Бессонова об этом знает — просто глумится, потому что (мало ли?) наверняка записывает наш разговор, чтобы потом обнародовать ключевые его моменты в каком-нибудь видео, составленном из мельтешащих фоток и аудио записи. В последнее время она часто увлекалась подобными экспериментами. Телефонный разговор и маленькая презентация мимишных фото. — Или ты поклянешься мне на крови, что согласен меняться, или между нами все кончено.

Чего? Это ко мне запоздало пришла белочка, или Юля совсем спятила? На каких она там сайтах полазила в мое отсутствие? А я точно потом вылезу живым из ее койки?

— Милая-а… — протянул я, уже сомневаясь в том, действительно ли хочу ее завалить и кинуть. Вообще, если бы не Хомяк, то сегодня мне было бы не до секса. — А как ты себе это представляешь?

— Я расцарапаю тебе спину и буду слизывать капельки крови с твоей поврежденной кожи, — томно проворковала блондинка. Я засомневался в ее адекватности. — Ну, немного. Чтобы наказание свершилось. Ты же знаешь, что я не выношу вид крови.

В том-то и дело. От одной капельки она может завизжать так, что все стоящие рядом оглохнут. А тут «расцарапаю». Нет, ночью, когда не видно, она подобное уже проделывала. Только не задумывалась о том, что после ее острых ногтей я потом весь покарябанный. Что ж… посмотрим. Меня всегда это только раззадоривало.

— Ну, тогда я готов принять жертву ради тебя, — выдохнул, стараясь не начать ржать раньше времени. — Во сколько?

Юлька понятия не имела, на что подписывалась. И, конечно же, знать не знала, что я собирался с ней сделать. После этого у нее между ног болеть будет и подружкам будет совестно рассказывать о нашем бурном примирении. Я могу…

— Сегодня я полностью свободна, — промурлыкала красотка и отключилась.

Глупая, думает, я настолько к ней привязан. Впрочем, не мне об этом беспокоиться. И, да, ночевать я сегодня конечно же не вернусь, так что goodbye Хомякова.

Маша

Когда дверь за Меркуловым закрылась, я пошла собираться. Состояние было странным. Вроде меня не облили грязью, а все равно гложет какое-то неприятное чувство. С одной стороны, мне не должно было быть до этого никакого дела. А с другой — захотелось огреть этого парня чем-нибудь тяжелым по голове, чтобы перестал строить из себя… не пойми кого. И надо бы задуматься, с чего вообще меня это волнует, а нет. Нет в голове ни одной мысли на этот счет.

Собрав сумку, переоделась в джинсы и свитер и побежала в прихожую. Натянула любимые кеды, стащила с вешалки тонкую курточку и побежала дальше.

У института оказалась раньше, чем планировала. Еще бы… Как на зло и светофор загорелся зеленым вовремя и поезд в метро приехал. Пришлось сидеть на сырой скамейке (ночью шел дождь) и копаться в телефоне, лазая по сети. Хватит с меня зубрежки. Голова и так мутная. И это начало дня, который обещает быть длинным и муторным.

Примерно через двадцать минут постепенно стал подтягиваться народ. Топтаться у урн и затягиваться сигаретами. Пришлось отсаживаться поближе к главному входу. В итоге, когда охрана ее распахнула, я была одной из первых, кто рванул в сторону гардероба. Потом пришлось томиться в ожидании у аудитории, устроившись на теплом и сухом подоконнике (и это был огромный плюс).

Я не то, чтобы легко находила язык с незнакомыми людьми. Чаще всего зажималась и стеснялась общества. Особенно, если никто сам не торопится идти на контакт. В этом плане мне сложно сделать первый шаг. Чаще всего я остаюсь не при делах. Со мной не ищут общения. Как не тороплюсь искать его я сама. Поиск работы не в счет. Тут волей-неволей приходится общаться с потенциальным работодателем. Если покажешь себя слабым и стеснительным, работу можешь и не получить. Приходилось растягивать губы в фальшивой улыбке, брать себя в руки, представляя, что я будто смотрю на незнакомого человека со стороны. И вовсе не я это сейчас разговариваю, словно блею. В этом случае становилось немного легче и спокойнее.

Так с чего меня вдруг потянуло на философию…

Крепкой дружбы у меня ни с кем из группы так и не сложилось. Общалась со всеми, по мере необходимости. На общие тусовки тоже ходила. Радости при этом не испытывала, уставала, как черт и грустила из-за денег, которые были потрачены на бутылочку минералки. Цены в клубах были настолько завышенными, что диву давалась, почему обычная вроде как вода стоит таких бешеных денег.