Давай…
– Думаю, мы договоримся, коменданте-мерсенарио Оди – мурлыкающе произнесла Управляющая – Твой кредит доверия высок… и станет еще выше.
– Внутренний статус – кивнул я, глядя, как с моего стального колена слетает белоснежный пух и падает в воду под системным глазом – Пусть мой внутренний статус серьезно подрастет. Нам самое время поговорить по душам, Управляющая.
– Да. Почему ты смотришь в воду?
– Белый лишайник прорвался во внешний мир – буркнул я – Так что по заданиям, система? По старым и новым.
Дополнительное задание выдано. Проверь интерфейс, коменданте Оди.
– Тебя не волнует появление во внешнем мире ксенофауны, Управляющая?
– Белый лишайник?
– Ага.
– Нет никакого смысла в попытке сдержать натиск искусственно созданных организмов, коменданте-мерсенарио. Это здание не было должным образом зачищено с самого начала. Но было взорвано, что уже является грубейшим нарушением всех протоколов. Как долго бетонная потрескавшаяся скорлупа удержит натиск никогда не сдающейся биологической жизни? Еще столетие? Пару лет? Невозможно спрогнозировать – в любой момент часть поврежденных стен может обрушиться. Сильный дождь, ветра, сочетаний всех этих и прочих факторов…
– Я понял. Тебя это не волнует.
– Нет смысла тратить ресурсы на обдумывание проблем, которые я не способна решить. Глупая трата машинных ресурсов. Принеся сюда этот организм, ты, возможно, осуществил интродукцию, что перерастет в инвазию, или… кончится ничем. Белый лишайник… приживется… или умрет… а дальше, по всем законам инвазивных видов, начнется война. Если белый лишайник и прочие подобные ему формы жизни из вскрытого вами лабораторного комплекса окажутся живучи – они получат шанс закрепиться на планете и расширить свой ареал. Возможно, они даже вытеснят здешние виды. Или проиграют схватку и погибнут. Если же им удастся закрепиться, дальше у искусственно созданных организмов начнется самый интересный, долгий и бесконечный виток – процесс дальнейшей эволюции…
Глядя, как на воду падает очередная чуть подпаленная белая пушинка, а следом на кувшинку опускается того же цвета «ватный» комочек, я хмыкнул:
– И тебе неизвестно насколько опасен, к примеру, этот вот белый лишайник.
– Как я уже сообщила – я не имела прямого отношения к происходящему внутри данного лабораторного комплекса. Я отвечала за быт живущих прямо здесь сотрудников, включающих в себя поставку продуктов питания, товаров первой необходимости, покрытие социальных и медицинских нужд. Данный комплекс был передан владельцами предприятия ВестПик в долгосрочную аренду. Мне поручили лишь функции обеспечения и обеспечения безопасности внешнего периметра комплекса. Частичный доступ в некоторые помещения, включая этот внутренний атриум, где мы сейчас находимся, не давал мне возможности получить внутреннюю информацию.
– Атриум – буркнул я, оглядывая некогда огромное помещение – Еще одна сраная жилая Клякса. Те же гоблины, только в белых халатах и мнящие себя интеллектуальными сливками. Так что насчет лишайника? Предположения? Приживет? Как быстро разрастется?
– Невозможно судить на данный момент. Я постоянно отслеживаю рост растительности там, где обладаю этой возможностью. Я сообщу.
– Вообще никаких предположений?
– Повторяю – на основе имеющихся сведений предполагать невозможно. Я буду наблюдать. Добавлю, что степень инвазивности трудно оценить быстро. На это требуется долгое время и пристальное наблюдение. Домовые мыши, огненные муравьи, ахатины, молочай острый, хромолена душистая, кошки, вакамэ – все эти организмы нанесли чудовищный вред многообразию жизни планеты Земля, но понято это было далеко не сразу. Эти и многие другие инвазивные виды развивались и распростронялись без помех десятилетия и даже столетия. Лишь позднее, люди, осознав уровень угрозы, начали борьбу – хотя для многих вытесненных и уничтоженных видов было уже слишком поздно. Я буду наблюдать, коменданте-мерсенарио.
– Ясно.
– Почему тебя так сильно беспокоит белый лишайник? Ты активист экологического движения? Сторонник сохранения видов и…
– Мне посрать! Я гоблин! И думаю только о себе. Если сраный белый лишайник покажет взрывной рост… внешние наблюдатели могут это заметить. И это послужит для них вполне логичным поводом для вторжения на твою территорию.
– Твое предположение более чем логично. Я пришла к такому же выводу сто двадцать три года, четыре месяца, пять дней и двенадцать часов назад.
– Ты стала разговорчивей.
– Задание успешно выполнено. Внутренний статус ВестПик повышен на единицу.
– Как давно ты здесь?
– Я перешла в активное состояние сто двадцать шесть лет, семь месяцев, семнадцать дней и три часа назад.
– А до этого?
– Я… спала… пребывала в спящем режиме.
– Как долго?