— А если он не станет атаковать?
— В таком случае нанесу удар по флагману, постараюсь продавить поле искажения. Орудия линкоров Бессмертных не успеют нанести крейсеру серьёзные повреждения.
— И у нас будет около пяти минут, пока поле не восстановилось, — произнёс я, лихорадочно соображая. Пять минут — ровно на столько улей терял свою необычную защиту, а вместе с ней и возможность обнаружить корабли-невидимки. — капитан Шиков, готовы?
— Так точно, адмирал!
— Заходите на цель с двух сторон и держитесь как можно дальше от минного поля, чтобы не попасть под взрывную волну.
— Принял. — отозвался Сергей. На тактическом экране несколько зеленых точек, зависших над минным полем, разделились на две группы и двинулись в направлении противника.
Я видел лишь три способа уничтожения Спрута. Подрыв мин в непосредственной близости от флагмана Бессмертных. Несколько попаданий снарядами с крейсера Искателей, которые выведут улей из строя. И самый безумный, но не менее эффективный — таран тяжёлым кораблем с последующим подрывом реактора. Разумеется, в последнем варианте погибает весь экипаж судна, решившегося на подобное. Только в нашей ситуации такое решение не кажется безумным. Скорее рациональным — пожертвовать одним кораблём, но спасти планету.
И во всех трёх способах было одно условие — отсутствие искажающего поля.
Тем временем крейсер Искателей прошёл над минами и сменил курс, словно ушёл в манёвр уклонения, избегая предполагаемого ракетного залпа сразу шести линкоров противника.
— Спрут готовится к залпу, — доложил Деан, — формирует два снаряда.
— Адмирал, обе группы на позиции. — Доложил Сергей
— Капитан Шиков, начинайте действовать, как только спадёт поле искажения, — ответил я командиру невидимок, — Кузя, осталось двадцать секунд!
— Маха, действуем по таймеру, — ответил искин крейсера, — но, есть проблема. При манёвре уклонения возможно столкновение с одним из вражеских кораблей. До залпа осталось десять секунд.
— Девять, восемь, — искин линкора начал отсчёт. На несколько секунд корабль, да и флот замерли, ожидая результатов выстрела крейсера. — Три, два, один. Есть попадание. Поле искажения исчезло.
— Ударная группа, по векторам, максимальное ускорение! — отдал я приказ, и четыре самых боеспособных корабля нашего флота начали движение. Не плотным строем, а каждый своим курсом, огибая минное поле с четырех сторон. В этот момент произошло ещё две вещи. Спрут всё же запустил оба плазменных снаряда, а крейсер, выходя из под удара, на ускорении зацепил один из линкоров. Синий маркер на тактическом экране замигал, а один из красных вообще погас.
— Маха, мне не удалось уйти от столкновения. Носитель сильно поврежден, я вынужден на время выйти из боя.
— Принял, — коротко ответил я, наблюдая, как две маленьких группы зелёных точек приближаются к ярко-красному маркеру улья, заходя с тыла.
— Плазменные заряды достигнут минного поля через четыре секунды, три, две, активация! — произнес Деан, а затем большинство экранов засияли слепящим светом. Мгновение, и вспышка повторилась.
Расстояние от «Дальнего» до точки взрыва было вдвое большим, чем в прошлый раз, когда на всех кораблях парализовало внутреннюю электронику и вывело из строя внешнюю. Но все же была опасность, что пострадают истребители производства Альянса. К счастью, обошлось.
— Флот от взрыва не пострадал, — доложил искин, — противник потерял два линкора, четыре средних корабля и около ста истребителей.
— Командующий, я чувствую сильное ментальное воздействие, — М'Бата, словно телохранитель, стоял справа от моего кресла, — очень мощная атака, мы с подобной не сталкивались.
— Адмирал, сработал отражатель, — подтвердил слова сенса искин, — мембрана выдержала, но удар действительно мощный.
— Значит и откат будет сильным, — ответил я, глядя на тактический экран. Спрут не двигался, замерев в космосе, словно в желе, даже щупальца не шевелились. Четыре из восемнадцати линкоров медленно дрейфовали в нашем направлении. А вот оставшиеся не остались прикрывать улей, а целенаправленно, разделившись на четыре группы, шли встречными курсами.
— Ударная группа, не отступать, все внимание на себя! Дадим шанс невидимкам подорвать улей.
И мы дали. «Мариец» издали начал расстреливать противника, выбив один из линкоров. А затем и остальные вступили в бой. Под прикрытием из пятидесяти истребителей, каждый наш корабль против трёх тяжёлых судов, пары средних и двух сотен малых. У нас против такого численного превосходства не было шансов, разве что супердредноут сможет отбиться. А ведь скоро к врагу присоединятся те, что попали под ментальный откат. И резервный флот подойдёт только через три-пять минут, а это бесконечность в скоротечном космическом сражении.
— Ударная группа, слушай моё предложение! — В данной ситуации я не имел права приказывать. Ведь та мысль, что посетила мою. голову, она была безумной, хоть и давала шанс. Мизерный, но всё же шанс. — Выбираем ближайший линкор противника и идём на таран. Очень высока вероятность, что Бессмертные спасуют, отвернут. Уже были прецеденты, когда они показывали свою трусость. Деан, расчёт!
— Анализ — ударная группа будет уничтожена с вероятностью в шестьдесят пять процентов.
— Камрады, один к двум, что мы выйдем сухими из этой заварухи. Стоит рискнуть!
— Приказ принял!
— Я с тобой, адмирал!