Чувствую, что должна поблагодарить его, но это было бы странно, поэтому не говорю ничего. Его тело идеально прилегает к моему. Я буду скучать по этому.
Не думай о будущем.
Его вздох покрывает теплом мою лопатку.
— Я уезжаю из Бостона на следующий этап тура.
— Атлантик-Сити. — Нет смысла притворяться, что я этого не знаю. — Я посмотрела график.
Он кивает, лениво лаская мою грудь.
— Атлантик-Сити, потом Монреаль. После Лос-Анжелес.
— Да ты у нас международный мальчик.
Интересно, а его улыбка такая же слабая, как моя шутка? Я знаю, что теперь снова увижу его в журналах и на рекламных щитах. Когда меньше всего буду ожидать, попадусь в засаду, видя его на таблоидах или по ТВ. Я раскритикую каждую песню, надеясь увидеть в ней время, которое мы провели вместе. Будет слишком легко зациклиться на том, с кем он встречается. Расстаться будет сложнее, чем раньше.
Даже в концертном зале теперь остались его призраки.
Я обнимаю Дилана, желая остановить время, чтобы мы могли так жить.
— По крайней мере, у тебя довольно гибкий график, — говорит он. — У тебя есть время на жизнь вне работы.
Отвечаю ему смехом.
— О нет. Это только разминка. Когда начнётся сезон, я буду играть несколько раз в неделю, не считая репетиций. Ты застал меня в тишине перед бурей.
— А вот ты попала в поле поражения моего урагана. Как вовремя.
— Твой тур почти закончен, да?
Он снова вздыхает, на этот раз дольше.
— Потом нужно вернуться сразу в студию. Нам нужно разобраться с парой дел перед выпуском альбома. После мы, вероятнее всего, отправимся в другой мини-тур, на этот раз в Азию. Мы давно там не были, кажется, последний альбом действительно вышел в Токио. — Его голос звучит ровно и низко — он никак не хочет этого прямо сейчас — и это неудивительно. Он уже несколько месяцев в разъездах, и это началось сразу после безумия с реалити-шоу.
Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него.
— У тебя будет свободное время до этого?
Он приподнимается на локте, устраиваясь поудобнее, чтобы посмотреть на меня.
— У меня будет неделя, может, две, если мы запишем треки и быстро решим все дела в студии. — Лёгкая горечь оттеняет его тон. — А затем всё начнётся заново.
— Мне жаль, что у тебя нет больше времени для себя. — Я практически вижу тёмные круги, образующиеся под его глазами, пурпурные пятна истощения. Я знаю, как он себя чувствует.
— Нужно усердно работать, чтобы остаться на этой сцене. У людей короткая память. Если останавливаешься слишком надолго, они забывают.
— Никто не сможет забыть тебя и твою музыку, — я стараюсь прикрыть свою ошибку. — Интересно, если бы люди знали, что работа может превратиться в мечту, они бы всё равно всё бросили и сбежали в противоположном направлении? — Я целую его ключицу.
— Возможно, нет. Хорошо там, где нас нет.
Это правда.
— Занятость — это хорошо. С ней время идёт быстрее.
— Действительно хорошая проблема, и я знаю, что мне повезло, что мне платят за создание музыки. Это мечта, и я живу ею.
— Я тоже.