— Они отвергли нас, Анти, — с горечью сказал Доччи.
— А ты не ожидал? — спросило существо из бассейна.
— Думаю, нет.
— Ты плохо знаешь Медсовет.
— Очевидно, совсем не знаю. — Он хмуро смотрел на голубоватую жидкость. — Почему они нас отвергли?
— Ты не знаешь?
— Ну ладно, знаю, — уступил он. — Они поразительно нерациональны.
— Конечно, нерациональны. Пусть такими и остаются, а мы не будем следовать их примеру.
— Хотел бы я знать, что делать, — сказал он. — Кэмерон предложил подождать.
— Биокомпенсация, — проворчала Анти, не переставая плескаться. — Они всегда так говорят. До настоящего момента всегда срабатывало.
— Что еще мы можем сделать? — спросил Доччи. Он сердито пнул ногою пучок вялой травы. — Написать еще один запрос?
— Меморандум номер десять? Давай не будем наивными. В системе регистрации Медсовета документы так легко теряются.
— Или искажаются, — прорычал Доччи.
— Может, дадим Медсовету время передохнуть? Все равно они устали нас слушать.
— Понимаю, о чем ты, — сказал Доччи, поднимаясь.
— Лучше поговорить об этом с Джорданом.
— Как раз собираюсь. Мне потребуются руки.
— Хорошо. Увидимся, когда полетишь к далекому Центавру.
— Раньше, Анти. Гораздо раньше.
В небе уже мерцали звезды. Сумерки отбрасывали неясные тени и узоры от конструкции, поддерживающей прозрачный купол над их головами. Вскоре медленное, контролируемое вращение принесет тьму на эту сторону астероида.
Кэмерон откинулся на спинку кресла и задумчиво взглянул на инженера-гравитационщика Фогеля. Этот человек мог бы оказать ему значительное содействие, если бы захотел. Причин для отказа вроде бы и не было, но за каждым, кто добровольно оставался на «Небесах для инвалидов» столько же лет, сколько Фогель, закрепилась сомнительная репутация.
— Обычно мы поддерживаем уровень около половины нормальной земной гравитации, — сказал Кэмерон.
— Это правильно?
Инженер Фогель кивнул.
— Неважно, почему установлены такие лимиты, — продолжал Кэмерон. — Возможно, так легче для тел ослабленных пациентов. Может, существуют экономические причины.
— Никаких особенных причин, кроме самих гравитационных установок, — сказал Фогель. — Теоретически нетрудно установить любой угодный вам уровень гравитации. Хотя на практике он колеблется от четверти до почти полной земной. Учтите флуктуации. Гравитационный компьютер настроен на пятьдесят процентов силы тяжести. Порой у нас пятьдесят процентов, порой — семьдесят пять. Каким бы ни был уровень, он просто существует, и мы должны довольствоваться этим.
Инженер, крупный мужчина, пожал плечами.
— Я слышал, наши установки разработаны специально для этого астероида, — продолжил он. — По какой-то причуде медиков. Вы говорите, этим несчастным легче переносить ослабленную гравитацию. Я не знаю. Полагаю, разработчики не смогли справиться с заказом, а потом дело замяли.
Кэмерон старался скрыть раздражение. Он хотел информации, а не задушевных признаний.