Однако изменения просто не могли коснуться меня. Даже не магия тому причиной, хотя и она повлияла. Просто сам уклад жизни эльфов был… странным для меня. Да любой японец, индус или африканец ближе мне, чем даже эльф, в голове которого я находился. Мы были просто разными, и изменить это было нельзя. Пока нельзя.
Прошли годы, десятки лет, может даже сотни. Не уверен точно сколько. Причиной тому было мое восприятие этих глюков. Вчерашний день для эльфа был вчерашним и для меня. Вот только для него он прошел и ладно. Я же забывал, что было прошлым днем у Феруса, но помнил то, что видел и испытывал я сам. Так и приходилось жить дальше, сегодня и сейчас Ферусом и самим собой будто в ином мире или скорее реальности. Мне вполне по силам было вспомнить каждый прожитый день Феруса — проиграть день снова и снова, но только по отдельности, без какой либо системы. Это как кластер, есть день — 24 часа, вот в этих пределах и было мое осознание себя-Феруса и возможность воспринимать информацию для себя-человека, фактически жить вместе с эльфом Ферусом. Вот такие пироги. Стремно это конечно, но явно лучше, чем боль и ожидание постоянной смерти, зависшей надо мной дамокловым мечом.
Многое было пережито, не помню только точно, что когда и в какой последовательности, но все равно — этого было очень много. Одни только языки чего стоят, а традиции, правила приличия и этикет всех рас?
Но конечно, больше всего мне нравились кластеры с занятиями по элементарной магии. В дальнейшем элементарный маг учил проецировать свои эмоции в свою стихию, а та уже воздействует на внешний мир. Каково на небольшом озерце создать самый настоящий шторм, когда волны поднимаются на десятки метров и сносят деревья. Или локальное землетрясение — попробуй, защитись от легкого недовольства земли.
Пытаясь найти обучения элементарной магии воздуха и огня, перерыл тысячи кластеров, пока не нашел один в котором говорилось что Ферус не имеет дара к общению с этими стихиями.
Общение с природой так же было одно из моих любимых умений. Очень приятно чувствовать, как солнечный свет, падая на листья дерева, согревает и придает энергию жизни. Просто поразительное ощущение.
Но все рано или поздно заканчивается. Закончились и кластеры — жизнь Феруса. Конец был мало приятным — уничтожение родного города со всеми защитниками, в число которых входил Ферус. И никакие силы не были способны противостоять столь могучему натиску. Магия столкнулась с магией, в воздухе грифоны людей, драконы и их всадники, и летучая стража сражалась против эльфийских химер. На стенах эльфам противостояли столь многочисленные войска, что исход боя был предрешен.
Один из девяти Великих городов эльфиской расы пал в тот день, захватив с собой восьмую часть всего войска Альянса. Круг элементарных магов, в которых входил Ферус после падения стен призвали на город и атакующую армию гнев небес и дрожь земли. Два могучих заклинания стерли город, и всех кто был с ним рядом.
До сих пор на том месте кратер глубиной несколько сотен метров и протяженностью на километры. Однако даже уничтоженная осьмушка армии Альянса не позволила эльфам победить в той войне. Собственно именно столь серьезный отпор и присоединил к Альянсу несколько государств, народов и рас. Страх перед возможным возмездием эльфов переборол здравый смысл. Ну и конечно сыграли свою роль слухи о мстительности и злобе эльфов, что к стати не такие уж и слухи.
Но об этом я узнал несколько позже. Пока это было только на уровне подсознания, не более.
Всю жизнь Феруса я прожил несколько раз. Изучал быт эльфов, отношения между ними, пытался понять — отчего произошла война на уничтожение? Однако мне так и не удалось этого понять. Ферусу не интересна была политика, как и любому элементарному магу. Природа, земля и вода — вот все что интересовало молодого мага, да обязательный курс совершеннолетия — приобретения базовых знаний для каждого эльфа. Ну и немного больше, как для элементарного мага, которых было очень мало и которые должны были позаботиться о себе и своей жизни в любых ситуаций. В общем, скучно мне не было.
Но однажды мой уже ставший привычным мирок треснул и осыпался осколками под напором убивающей меня силы.
«Видимо пришло время умирать», — успел подумать я, прежде чем стало совсем не для размышлений.
Дикий холод, коварный и злой пронзил меня, вырывая из пучины иллюзий. Крик, пронзительный и чистый, вырвался из горла. Глаза успели увидеть ненавистного человека, навсегда оставляя его лицо в моей памяти.
Мне было холодно, будто лед сковал не только тело, но и душу, разум, чувства.
— Думаю, будь рядом что-то стеклянное — осыпалось бы осколками, — тихо сказал вслух мэтр, но я его не услышал. После этого он добавил:
— Хорошо, что ничего такого тут нет.
И вот перед его взором пронеслась цепочка рун, и звук будто отрезало. Заклинание беззвучия как всегда сработало безупречно. Еще не старый маг был в предвкушении. Сорок семь лет работы, ровно столько понадобилось магу, чтобы приблизится к успеху столь близко. Работа над соединением энергии мира, используя которую маги, так или иначе, пополняли свои резервы, и могли создавать заклинания, конструкты накладывать чары, и потусторонней энергии, которая была пищей для существ с иных планов бытия.
Была лишь небольшая проблема. Планов бытия много и существа, обитающие там, питаются разными видами энергии, но объединяет их одно — способность впитывать потоки Даэ. А чтобы вызвать эти потоки, нужно всего-то умертвить живое, будь то человек, животное или растение. Потому призванные существа очень охотно разрушают, ведь пригодной для их существования энергии в мире больше практически и нет. Энергия Ар, или жизненная сила мира — то, что порождает магическую энергию, является антагонистом Даэ, стремится выдавить потоки Даэ за пределы мира. Существует даже забавная теория, в которую мэтр не верил. Дескать, на потоках Даэ, душа отправляется в иной мир, где заново рождается и проживает новую жизнь. Бред, который придумали друиды — вот как думали все маги без исключений. Ведь всем известно, что после смерти душа перемещается на другой план бытия, где становится одним из духов, а каким именно зависит от прожитой жизни, и поступков что совершал человек. Церковь не единожды это доказывала, вызывая духов, которые помнят фрагменты из своей прошлой жизни, а вот друиды со своей теорией, так и не смогли доказать свою правоту.
Замысел мэтра был прост. Если при простом соприкосновении Ар и Даэ чувствуются возмущения и рождается много энергия пригодной для волшбы, этакое временное повышение содержании магии в отдельно взятом месте, то при соединении потоков Даэ и энергии Ар можно будет получать бесконечные запасы магической энергии. Фактически это вечный магический двигатель или вернее генератор маны для короткоживущих магов и волшебников. Дерзкая теория столь сильно захватила ученого, что он бросил свою работу по магическим струнам и переключился на новый фронт.
Десятилетия исследований, но тщетно — Ар и Даэ смешиваться не желали. Некоторые успехи, конечно же, были. Например, удалось увеличить выброс маны в три раза, если перед этим сделать несколько простейших ритуалов и приготовлений. Но не хватало чего-то, чтобы смешивать вещи, которые в принципе невозможно соединить. Это как перемешать до однородного состояния жидкость и камень, металл и газ.
На тридцать восьмом году исследований родилась теория катализатора — вещества или даже чего-то не материального, что может послужить третьей гранью для смешения этих двух видов энергии. Отсюда и начались новые поиски.
Исследовались металлы и минералы, магические существа и растения. Многое подвергалось испытаниям, но ничего не давало даже минимального результата. На одержимого своей исследовательской работой начали поглядывать даже коллеги маги. Фанатизм вообще мало кто уважал, ведь от него недалеко и до безумия. Однако мэтру было все равно. Высокое положение, в обществе данное с рождения, великая личная магическая сила и отсутствие «равных» в ближайших окрестностях — все это заставляло окружающих терпеть некоторые заскоки мэтра. Тем более со своими обязанностями поддерживать общественно-муниципальные заклинания в рабочем состоянии он худо-бедно, но справлялся.
Первый прорыв наметился, когда мэтр в качестве катализатора использовал человека, бесправного раба. Энергия Ар не стала сразу выдавливать Даэ. Потоки чуть дольше задержались в мире, но даже это дало в десять с лишним раз больше маны, чем обычная смерть живого существа. Удивительно, но факт. Это означало, что разгадку нужно искать в живых существах.
Вновь годы исследований показали, что не все так просто, как казалось изначально. Не тело, но дух, аура или даже сама душа человека или животного влияла на процесс. Это положило начало новому витку исследования, который доказал некоторые нюансы, а именно:
Чем мощней аура, тем дольше потоки Даэ находятся в энергии Ар и тем больше маны рождается.
Это говорило о том, что только обладающие магией существа могут стать катализатором. Ведь только те, кто работает с маной или непосредственно с энергией мира, имеют более развитую, сильную и ярко выраженную духовную оболочку. И вот, молодые маги разных рас, не вошедшие в полную силу, стали пропадать, как и существа, владеющие магией от рождения.
Мэтр чувствовал, что вскоре откроет путь к источнику могущества и бессмертия, ведь бесконечный способ генерирования маны вознес бы своего владельца до самых вершин, поставив на одну ступень с сильнейшими магами долгожителей, теми, кто пользуется непосредственно энергией Ар. Поэтому эксперименты продолжались, не взирая на последствия.
Маг был столь увлечен, что даже пропустил войну, в которой эльфы фактически были уничтожены, стерты с лица земли, а жалкие остатки попали в рабство сильным мира сего.
И вот удача. Наконец, эльф, да еще и столь необычный. Первый же эксперимент подтвердил — слияние потоков возможно! Накопитель, емкостью в десять тысяч магов[3] был переполнен, отчего даже взорвался. Плевать что столь емкий кристалл дорогой, слияние возможно, если использовать этого странного эльфа.
[3] Маг — единица изменения магической энергии. Равняется ровно одному резерву среднестатистического мага, как правило, полному магу — выпускнику Академии или личному ученику одного из мастеров (по эльфийскому табелю иерархии) после завершения обучения.