Душа дракона [СИ]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— То есть ты копаешь под Культ? — хмыкнул Лекс. — А каким боком тогда сюда мы?

— Прикрытие, — вместо меня ответил Джамас, который уже давно приступил к еде и медленно приканчивал вареную рыбу на своей тарелке.

— Так вот почему ректор не хотел меня пускать, а ждал именно твоего разрешения, — протянул парень. — Многое становится на свои места. И я должен попросить у тебя прощения, госпожа наемница.

— Если ты сейчас же не выжмешь из своего голоса этот сарказм, — рыкнул Норисдан, — то больше ни о чем попросить не сможешь.

От Фенрира вновь исходил жар, а меня так и подмывало спросить про Истинное Пламя. Как так вышло? Неужели оно пробудилось несколько минут назад и сразу же подчинилось? Или он опять о чем-то мне недоговаривает…

— Прости, Айрин, я делал быстрее, чем думал, — на выдохе произнес помощник принца, поворачиваясь ко мне лицом. — Надеюсь, что это не дойдет до ректора.

Последняя фраза неприятно царапнула. Но жаловаться на Лекса я и не планировала. Честно говоря, после всего этого хотелось заиметь бутыль вина и закрыться в комнате.

Но это не было выходом. И решение так отыскать не получилось бы.

У меня была готова одна идея, которая могла оказаться правильно ниткой и распутать часть клубка. Но для того чтобы за нее дернуть, придется подождать минимум сутки.

Тратить впустую время непростительно, но завтра по расписанию утром боевая магия, а вечером владение магическим оружием. Нельзя пропускать выбранные испытания и привлекать внимание.

Больше нельзя.

— Айрин?

Черт! Я опять уплыла на собственных мыслях слишком далеко от реальности.

Фенрир смотрел на меня, приподняв темные брови, и словно ждал ответа. Джамас, поджав губы, исцелял рану, которую принц нанес своему слуге. И только Лекс делал вид, что совершенно ничего не произошло. Прикрыв глаза, принимал помощь графского сына.

— Кажется, мы опаздываем, — если это и прозвучало невпопад, то я как-нибудь это переживу.

— Именно, — усмехнулся Норисдан. — Потому доедай и пойдем.

Сиреневый купол, по которому танцевали небольшие молнии, лопнул через мгновение, осыпал светлый ковер веером брызг.

Аппетит пропал напрочь, но я впихнула в себя обед и поспешила вслед за парнями на улицу. К амфитеатру.

Фенрир шел между мной и Лексом, словно ограждал. Но я не чувствовала никакой злости или ненависти к помощнику принца. На его месте я поступила бы так же. Ну или почти так же.

Не грубой силой, а хитростью. Но это не сильно меняет положение дел.

Вот только Норисдан не понимал и не хотел оправдывать своего слугу. Надеюсь, что они сами смогут разобраться в своих проблемах. Не хотелось бы оказываться на пути мужской дружбы, замаскированной под сотрудничество.

Лекс не спешил заводить со мной разговор. Теперь было яснее ясного, что все его дружелюбие ко мне было весьма напускным, созданным только для того, чтобы я ничего раньше времени не заподозрила.

А я и не заподозрила, потому что была занята другими делами и не ожидала встретить подобный ход от одного из ребят.

И могу сейчас признаться честно, мне было абсолютно все равно, как сложатся наши дальнейшие отношения с помощником принца. Норисдан явно дал ему понять, что в случае чего выберет меня.

Это льстило… и пугало.

Не делаю ли я ошибку, обнадеживая и его и себя каким-то призрачным чувством счастья? Счастья, которого не может быть между будущим правителем королевства Меркулион и Сестрой Тени.

За этими мыслями я пропустила начало первого тура по дисциплине метаморфизм. Участники уже колдовали над выданными им цветами, одни превращали их в небольших пестрых птичек, другие вытягивали им лепестки и создавали диких растений, которые этих птичек проглатывали целиком.

Словом, на арене творилась нечто непонятное для человека, который прослушал задание. Но трибуны шумели, поддерживали фаворитов, даже Фенрир подался вперед, всматриваясь в происходящее.

А мне хотелось поскорее обсудить с ним все произошедшее. Лично с ним, без посторонних глаз и ушей. Но для этого нужно было дождаться ночи, а после убедить его в том, что разговор важнее.

Прошло около часа, когда из шестнадцати полупрозрачных портретов в воздухе осталось висеть всего восемь. Отсеяли опять половину.