- Зато я знаю, что он убил одного из троих, что навалились на тебя, Сьорен.
- Я его об этом не просил, - огрызнулся воин.
- Не просил. И причин помогать тебе у него нет. Но он помог. И возможно спас.
- Я бы и сам с ними справился.
- Может да. А может нет. Мы этого уже не узнаем. Но будь в парнишке гниль, он вогнал бы болт тебе в брюхо.
Воин стрельнул в Михаила злым взглядом, и склонился над раненым другом. Тот в свою очередь лишь осуждающе покачал головой, и подал знак, чтобы Романов склонился к нему.
- С-пасхибо сха Схьеорена, - произнес он с улыбкой.
А в следующее мгновение у него горлом пошла кровь. Он дважды вздрогнул, во взгляде появилась растерянность, рука зашарила по палубе, друг поспешно вложил в нее рукоять меча. И лицо Эгиля тут же озарилось неподдельным счастьем, а на губах появилась счастливая улыбка. Затем он вздрогнул в последний раз и затих.
Глава 7
Начинающий прогрессор
В семью Михаила приняли как-то просто и буднично. Если приняли. Никаких обрядов, никаких особых речей. Да и не особых тоже.
- Как тебя зовут? – словно раньше и не знал его имени, поинтересовался Ларс.
- Михаил, - ничего не понимая, ответил парень.
- Оставь это имя для попов. Мы будем звать тебя Маркус, - твердо произнес он.
Потом протянул парню арбалет погибшего Маркуса. Причем сделал это так, что никаких сомнений, оружие отныне принадлежит Романову. Тот поспешил принять дар, мысленно соображая, что это вообще значит, и как ему управляться с этим клятым самострелом, натянуть который силенок у него явно недостает.
- И что это было? – недоумевающе обернулся Михаил к Йенсу, когда ярл направился к костру.
- Отныне ты не холоп, а дружинник.
- Так просто?
- А чего ты ждал, - хмыкнул в ответ кузнец. - Ладно, пошли посмотрим, кого ты там подстрелил. Обычно половцы богатством не блещут, но порой случается.
- А чего они вообще полезли на нас? Ведь наверняка следили. Не отличить воинский отряд от купцов они не могли. Да и ладья ваша не купеческая, а боевая, - следуя за кузнецом, поинтересовался Михаил.
- А с виду вроде не глупый. Да на нас одного оружия и доспехов столько, что кочевники слюной захлебываются. Так что, их риск того стоил.
Подошли к первому половцу убитому Михаилом. Одежда небогатая, доспеха нет, шлем отсутствует. Нет и неизменного колчана со стрелами, возможно просто не взял с собой собираясь рубиться. Кривой меч, что-то вроде сабли, только более массивный, да кинжал.
Внимание привлекли волосы сплетенные в косы. Что-то такое в памяти зашевелилось. Поначалу никак не мог сообразить в связи с чем. Потом наконец понял. Не нравилась ему пеньковая тетива толщиной с мизинец. Но и альтернатива как-то не приходит на ум. Кевларовая нить осталась в его мире, стальные тросики, пока нечто нереальное. Проволока, ближе к телу, но она здесь железная, а не стальная. С хорошей сталью вообще трудности, как впрочем и с мягким железом.
- Йенс, я слышал, что из человеческого волоса можно сделать хорошую тетиву, - припомнив фильм о каком-то спецназовце, произнес Михаил.
- Ты небось о своем арбалете?
- О нем, - подбирая оружие, подтвердил Михаил.
- Забудь. Если горит, то тетиву сделать можно из чего угодно. Вопрос в том, насколько она будет хороша. Волос слишком капризен, - беря одну ногу, и указывая Романову на другую, пояснил кузнец.
- А из чего можно сделать самую лучшую тетиву? – хватая вторую ногу, поинтересовался парень.
- Чем тебя не устраивает пенька?
- Про нее я точно знаю, что она боится сырости. Да и толстая какая-то