Избранное: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Клянусь Иегосафатом, это же Динни!

Билл подходил вместе с Моррисом и Фриско. Одним прыжком он очутился возле Квина и схватил его за руку. Моррис и Фриско тоже поспешили приветствовать гостя. Пока они разглядывали своего старого товарища и дразнили его по случаю шикарного костюма, Салли поставила цветы в воду, подбросила в огонь хворосту и повесила над ним котелок. Через несколько минут она подала на стол кружки с черным чаем и кусочки лепешки, испеченной ею утром.

Мужчины уселись — кто на ящик, кто прямо на землю — и, прихлебывая чай, приготовились слушать новости, привезенные Динни.

Проходившие мимо старатели также останавливались и здоровались с Динни Квином. Салли ополоснула кружки, налила еще чаю и нарезала остатки лепешки, хотя на всех все равно не могло хватить. Динни расспрашивал, как идут дела в Хэннане, в Широкой Стреле, в Курналпи и в Кэноуне, так теперь называлось Белое Перо. Сам он рассказал о Кулгарди и окрестных лагерях.

— Между Франком Воспером и лордом Перси Дугласом произошел ужасный скандал, — говорил он посмеиваясь. — Лорд Перси только что вернулся из Лондона, и Воспер продернул его в газете «Горняк», обозвал шарлатаном и жуликом. Франк пишет, что теперь придумали олово для благородных лордов, которые числятся членами правления и ни за что ни про что получают большое жалованье. Их называют «морскими свинками». Не для того, мол, выходит «Горняк», чтобы поддерживать всяких жуликов и угодничать перед аристократами и капиталистами.

— Черт, вот правда-то! — сказал Тупая Кирка своим скрипучим голосом. — Сколько раз он выпускал дутые акции, этот лорд Перси, и ронял доброе имя приисков.

— Молодец этот Воспи! — воскликнул Билл.

— Воспер всей душой за рудокопов, хоть он и похож на поэта или на чудака-сектанта, — продолжал Динни. — Во время больших стачек стригальщиков овец в Квинсленде он был на стороне забастовщиков, и его даже в тюрьму посадили за это. Лорд Перси хотел подраться с ним, но Воспер не вояка. Все-таки лорд Перси напал на него и здорово поколотил, пока наши парни не вмешались. Он чуть не убил Франка!

Фриско насмешливо фыркнул:

— Так ему и надо. Нечего отпускать себе длинные волосы и отказываться от драки, если проповедуешь такие взгляды.

— Кулаками никого не убедишь, — заметил Сэм, как всегда задумчиво и серьезно.

— Вот и Воспер так говорит, — продолжал Динни. — Он считает, что человек должен бороться, прежде всего работая мозгами. Только если у него мозгов не хватает или доказательств убедительных нет — он пускает в ход кулаки. Скажу тебе, Фриско, ребята в старом лагере очень уважают Франка Воспера. Он не трус. Всегда защищает старателей и горняков от владельцев рудников и перекупщиков. Он член комитета борьбы с загрязнением воды и протестует против разбойничьего захвата чужих участков. А хозяева прямо готовы съесть его. Они-то хотят одного: платить рабочим гроши и всякими правдами и неправдами захватить в свои руки полстраны.

Все дружно высказывали свое возмущение по поводу незаконного захвата участков, когда подошли Смайлер Хейлс и Янки Ботерол. Смайлер приехал из Курналпи накануне вечером, и Янки водил его смотреть разработки в Маритане и свой участок возле Браун-Хилла. Смайлер хотел, чтобы его считали старателем, а журналистом он был только когда ему приходилось туго. Его остроты передавались из уст в уста, он пользовался на приисках большой популярностью и являлся желанным гостем в любом лагере. Они встретились с Динни, как родные братья после долгой разлуки, и Смайлер, с трубкой в зубах, тоже уселся на землю, чтобы послушать рассказы Динни о захвате участков в Северном Лондондерри и в Южных Массивах.

— Это какой-то гнусный трюк! — сказал Смайлер. — В чем тут дело, Динни? Мы в Курналпи хорошо знаем, как поступить с крысой, когда она забирается на участок честного старателя и, пользуясь темнотой, ставит свои столбы. Но, видимо, крупные синдикаты теперь нанимают профессиональных захватчиков.

— То-то и оно, — ответил Динни. — Они кружат около участков, словно вороны, кидаются на старателя, если только он нарушит хоть малейшее предписание, и забирают его участок для какого-нибудь капиталиста.

— Человек, который живет тем, что захватывает чужие участки, — самая последняя сволочь, — крикнул Фриско.

— Не знаю, почему бы нам не превратить в ангела первого же грабителя, который попадет нам в руки, — заметил Смайлер. — Даже если придется для этого сначала попортить ему шкуру.

Раздался взрыв смеха.

— Что касается меня, — продолжал Смайлер, — то я бы не постеснялся огреть такого захватчика хорошей дубинкой фута в три, попадись он мне возле моего участка.

— Я тоже, — поддакнул Фриско.

— Для таких паразитов есть только один закон… — Смайлер выдержал паузу, — закон старателей: кайло в крепкой руке владельца участка — более убедительное доказательство, чем любой официальный документ.

— Выходит так, — сказал Динни. — Ведь как было дело с участками в Южных Массивах? Сплошное жульничество! Началось с того, что инспектор Финнерти предлагает произвести конфискацию и отказывается передать дело в суд. Тогда Хэнсли и Миллз подают правительству жалобу, пишут, что они имеют разрешение на свои участки, а у захватчиков разрешения нет. На жалобу правительство не отвечает. Городской совет рекомендует правительству утвердить конфискацию участков, и правительство вносит законопроект, поддерживающий притязания захватчиков. А потом оказывается, все это — дело семейное, захватчики работали на синдикат, а в синдикате все дружки или родственники членов совета.

Выслушав рассказ Динни, старатели дали волю своему негодованию.

— Действительно, какая гадость! — сказал Моррис.

— Джордж Лейк обвинил сэра Джона Форреста в грубом нарушении права и справедливости, — закончил Динни. — Но тем не менее захватчики забрали ценный участок.

— Провалиться мне на этом месте, если я понимаю, почему мы сидим смирненько и ничего не делаем! — сердито крикнул Тупая Кирка. — Ведь это же касается всех старателей на приисках. Если Джек Миллз и его товарищи будут бороться — мы обязаны поддержать их.

— Они не будут бороться, — сказал Динни, — они достаточно набрали золота в Лондондерри и не пошевельнутся.

Он встал. Сидевшие вокруг него также поднялись, потягиваясь и отряхивая пыль с одежды. Они выжидательно поглядывали на него. Ведь Динни повезло — теперь слово за ним! Но его взгляд был устремлен туда, где на трехногом самодельном стуле сидела миссис Гауг, все еще латая рубашку Морриса.

— Пойдем выпьем! — высказал Фриско мысль Динни.

— Я угощаю, — торопливо подхватил Динни. — Пообедаем в трактире.