Быть может, она и теперь пытается сделать это, спрашивала себя Салли. Быть может, Калгурла старается отразить натиск злых сил, одолевших ее народ? Быть может, ее заклинания обладают таинственной силой и она хочет навлечь смерть на белого человека и погибель на его рудники и заводы?
Салли чувствовала, что она способна вместе с Калгурлой проклинать рудники и их владельцев. Во что превратили они эту страну, которую она привыкла считать своей родиной, так же как и родиной Калгурлы! Но тут же она подумала, что есть иной путь, кроме пути Калгурлы, что можно по-иному бороться со злом, от которого страдают кочевники, — со всесильными магнатами горной промышленности.
Века общественного развития отделяли ее от Калгурлы. Как это говорил Том? «Заставьте горную промышленность служить интересам народа, и нам больше не на что будет жаловаться».
Горестный и свирепый, зловещий крик Калгурлы оборвался пронзительным воплем, полным вызова и презрения: «Ку-у! У-у! У-у!» Он кружил над головой, словно крик птицы, и растаял в сумерках. Точно сухое дерево, одичавшее и омертвевшее, чернела Калгурла на фоне закатного неба.
Крылатые семена
От автора
Глава I
Две тоненькие стройные фигурки показались на дороге, ведущей к Боулдеру.
Миссис Гауг смотрела на них с удивлением — словно два ярких, пестрых попугая спустились на прииски. Салли возилась с цветами в саду, взрыхляла землю вокруг иссиня-алой мальвы, ростки которой Билл принес ей из леса, подрезала шелковистые пунцовые плети бугенвиллеи, перевесившиеся через забор, выдергивала засохшие стебли прошлогодних подсолнухов. Тем временем девушки подошли ближе. Какие они одинаковые, подумала Салли, точно два попугая, обе в зеленых брюках и жакетках и в красных сандалиях, на голове пестрые платочки с красными, зелеными, голубыми, желтыми разводами. Судя по этой нелепой манере одеваться совсем одинаково, они близнецы и им нравится, когда их путают.
Она медленно выпрямилась — боль в пояснице нет-нет да и давала теперь себя знать — и притаилась в зарослях бугенвиллеи, решив посмотреть на девушек, когда они подойдут поближе. Но щебетание и смех внезапно смолкли — девушки остановились.
— Я уверена, что это здесь, Пэм! — воскликнула одна из них.
— Да, пожалуй, — отозвалась другая. — Все приметы налицо: и ветхий домишко, похожий на рассыпающуюся гармонь, и желтый вьюнок, затеняющий веранду! И смотри… смотри, Пэт, — голос ее упал до шепота, — по-моему, это она сама в саду.
— Простите… — Салли увидела две взволнованные физиономии, смотревшие на нее поверх калитки. — Не вы ли миссис Гауг?
— Да, я, — ответила Салли, недоумевая, зачем она могла понадобиться этим модницам.
Но девушки, не дав ей опомниться, распахнули покосившуюся калитку и в мгновение ока очутились перед Салли на садовой дорожке; они говорили наперебой и так бурно выражали свой восторг по поводу того, что нашли ее, и так гордились этим, что Салли не могла удержаться от улыбки, слушая их забавную болтовню.
— Ну скажи, Пэм, разве она не такая, какой мы ее себе представляли?
— Чудесная! Настоящая испанская крестьянка! Как бы я хотела написать ее сейчас в этой старой соломенной шляпе — глаза улыбаются из-под полей, платье желтое, в блеклых красных цветах, а позади — пунцовое зарево бугенвиллеи!
Миссис Гауг была немало смущена тем, что ее застали в этом старом платье и рабочем переднике, да еще обсуждают так бесцеремонно. Как только ей удалось вставить слово, она спросила:
— Но кто же вы, мои дорогие? И зачем я вам понадобилась?
— Я Пэт, а это — Пэм, — пояснила та, что была побойчее. — Мы всего несколько дней назад приехали в Калгурли.
— И нам ужасно хотелось познакомиться с вами, — добавила другая. — Правда, Пэт?
— Мы так много о вас слышали!
— И мы очень хотим видеть Билла!
— Нам непременно нужно видеть Билли!
Девушки продолжали весело болтать, пока Салли вела их к веранде. Она подумала, что это, должно быть, приятельницы Билла, с которыми он познакомился, когда был в Северной Австралии или в Сиднее.
Билл вернулся всего с неделю назад и почти сразу получил работу на Боулдере. Салли гордилась внуком — сколько у него уверенности в своих силах, как настойчиво он добивается своего. Обычно он заходил к ней по пути с работы, но их встречи бывали так коротки, что для душевных излияний или разговора о знакомых, которых он приобрел на Севере, просто не было времени.