«Боже правый, Торн не находит слов? Кто бы мог ожидать такого?»
— Спросите, как называется ее инструмент, — подсказал Майлз.
Четырёхрукая женщина заинтересованно наклонила голову, грациозно перелетела через громоздкий инструмент и повисла над Торном по другую сторону переливающегося барьера.
— Да?
— Как называется этот необычный инструмент? — спросил Торн.
— Это двухсторонние цимбалы, мадам… сэр… — Ее вежливый голос слуги, обращающегося к гостю, дрогнул из-за страха нанести обиду, — …офицер.
— Капитан Бел Торн, — мгновенно подсказал бравый гермафродит, уже успевший вернуть себе присутствие духа. — Командир скоростного крейсера дендарийцев «Ариэль». К вашим услугам. Как вы здесь оказались?
— Я добралась до Земли, зарабатывая себе на дорогу, и барон Фелл нанял меня.
Она гордо вскинула голову, словно отметая какое-то скрытое осуждение, хотя Торн ничего не сказал.
— Вы — настоящая квадди?
— Вы слышали о моем народе? — Ее темные брови изумленно взметнулись. — Большинство тех, с кем я встречалась, уверены, что я — чудище, сконструированное по специальному заказу.
Торн откашлялся.
— Я с Беты. У меня есть основания для личного интереса к первому взрыву генетических экспериментов. — Он снова кашлянул. — Видите ли, я — бетанский гермафродит.
И он с тревогой глянул на собеседницу.
Вот это да! Бел никогда не ожидал ничьей реакции — он шел напролом, и пусть будет, что будет. «Ни за что не буду в это встревать». И Майлз чуть-чуть попятился, пряча улыбку при виде того, как к Торну на глазах возвращаются все мужские ухватки.
Женщина заинтересованно наклонила голову. Одна из верхних рук поднялась и оперлась на сверкающий барьер неподалеку от руки наемника.
— Неужели? Значит, вы тоже…
— О да. Скажите, как вас зовут?
— Николь.
— Николь? И все? То есть я хочу сказать — дивное имя.
— У моего народа нет фамилий.
— И… э-э… что вы будете делать, когда вечер закончится?
Но в эту минуту их прервали.
— Выше голову, капитан, — пробормотал Майлз.
Торн мгновенно выпрямился, спокойный и собранный, проследив за направлением взгляда Майлза. А квадди отплыла от силового барьера и грустно опустила голову на сложенные стопкой четыре ладони. К ним приближался хозяин дома, и Майлз поспешно изобразил некий великосветский вариант стойки «смирно».
Джориш Стойбер, барон Фелл, оказался на удивление старым — во плоти он выглядел еще старше, чем на головидео, которое показывали Майлзу при подготовке к заданию. Барон был лыс (вокруг блестящего черепа осталась лишь редкая седая бахрома), радушен и толст. Вид у него был как у доброго дедушки. Не как у дедушки Майлза — тот был сух и неприступен даже на склоне лет. Но и титул старого графа был самым настоящим, родовым титулом, а не вежливым обращением к безжалостному дельцу, пережившему все схватки внутри синдиката. Майлз напомнил себе, что несмотря на радостно-румяные щеки, барон взобрался так высоко, шагая по горе трупов.
— Адмирал Нейсмит, капитан Торн! Добро пожаловать на станцию Фелл, — пророкотал барон, расплываясь в благодушной улыбке.
Майлз отвесил ему аристократический поклон. Торн последовал его примеру, но несколько неуклюже. Черт!.. В следующий раз надо будет изобразить такую же неловкость. Вот такие мелочи и создают маску — или, наоборот, разрушают ее.
— Мои люди позаботились о вас?
— Спасибо, все превосходно.