— Посольство — идеальный испытательный микрокосм, — продолжил он, обращаясь к комм-пульту, — перед твоим выходом на большую арену Барраяра. Присутствие Форпатрила дает тебе великолепную возможность практиковаться. Если он тебя раскусит, что ж, мы найдем способ убрать его.
— Угу. — Похоже, клона это мало успокоило. — Пока мы не начали, мне казалось, ты набил мне голову всем, что только можно знать о Майлзе Форкосигане. А потом, причем в последнюю минуту, ты выяснишь, что все это время он вел двойную жизнь… Что еще ты пропустил?
— Майлз, мы уже все это обговорили…
Майлз с изумлением понял, что Гален называет клона его именем. Неужели он настолько слился со своим персонажем, что собственное имя отбросил за ненадобностью? Странно…
— Ты всегда знал, что будут существовать пробелы и тебе придется импровизировать на ходу. Но лучшей возможности, чем его случайный визит на Землю, у нас не будет. Бессмысленно ждать еще полгода, а потом пытаться устроить подмену на Барраяре. Нет. Сейчас или никогда. — Гален сделал глубокий вдох, успокаиваясь. — Так. Ночь ты провел нормально.
Клон фыркнул:
— Угу, если не считать того, что меня чуть не задушила проклятая черная шуба.
— Что? А, живой мех. Разве он не подарил его своей бабе?
— Оказывается, нет. Я чуть не обделался, прежде чем до меня дошло, что это такое. Разбудил даже кузена.
— Он что-нибудь заподозрил? — стремительно бросил лже-Майлзу Гален.
— Я сказал ему, что увидел страшный сон. Похоже, с Форкосиганом такое частенько случается.
Майлз рассудительно кивнул:
— И я вам говорил то же самое. Оторванные головы… сломанные кости… изуродованные родственники… необычные изменения важных частей моего тела…
Похоже, суперпентотал оказывал странное воздействие на его память: именно это, вероятно, и делает его таким эффективным допросным средством. Недавние сны вспоминались Майлзу сейчас гораздо отчетливее, чем сразу после пробуждения. Хотя это было великим утешением — что они имели свойство забываться.
— Форпатрил говорил что-нибудь об этом утром? — спросил Гален.
— Нет. Я с ним почти не разговариваю.
— Это на меня не похоже, — услужливо вставил Майлз.
— Делаю вид, что у меня небольшой приступ депрессии, которые описаны в докладе о его психоукладе… А это кто? — Клон вытянул шею, пытаясь разглядеть Майлза.
— Сам Форкосиган. Мы ввели ему суперпентотал.
— А, хорошо. А то меня все утро домогаются по шифрованному комм-каналу его наемники — ждут указаний.
— Мы договорились, что ты будешь избегать их.
— Прекрасно, только скажи им об этом сам.
— Когда ты сможешь получить приказ о возвращении из посольства на Барраяр?
— В любом случае не так скоро, чтобы удалось избегать контактов с дендарийцами. Я заговорил об отъезде с послом, но оказалось, Форкосиган возглавляет поиски капитана Галени. Посол очень удивился, что это мне вздумалось уехать в такой момент, и я пошел на попятную. Капитан Галени еще не передумал относительно сотрудничества с нами? Если нет, тебе самому придется устроить мне приказ о возвращении, подсунув его курьеру.
Гален замялся:
— Я посмотрю, что тут можно предпринять. И ты не теряй времени даром — пытайся все устроить сам.
«Разве Гален не знает, что нам известно о предательстве курьера?» — подумал Майлз с почти нормальной четкостью. Ему удалось удержаться и только чуть слышно пробормотать эту мысль.
— Ладно. Ты обещал, что оставишь Форкосигана в живых, пока я не улечу. Без него мне не ответить на кой-какие вопросы. И вот первый, кстати. Кто такая лейтенант Боун и что она должна делать с избытком от «Триумфа»? Она не сказала, избыток чего.
Охранник ткнул Майлза в бок:
— Отвечай!