Майлз вздрогнул:
— Вызвать флайер?
— Не надо. Доедем до посольства на машине.
— Но…
— Нет, черт подрал, — прошептал Айвен. — Без шума. Пока этот ухмыляющийся ублюдок не поднялся наверх. — Он кивнул в сторону Йенаро, стоявшего у подножия лестницы и смотревшего наверх.
— Я так понял, отравление не особенно острое.
— Тьфу, острое, острое, — буркнул Айвен.
— Ты там наверху никого не ухлопал?
— Нет. Но я не ожидал, что они… Ладно, в машине расскажу.
— Идет. — Майлз поднялся на ноги.
Им пришлось миновать Йенаро, как и положено радушному хозяину приставшего к ним и проводившего их до дверей. Нельзя сказать, чтобы ответные прощания Айвена звучали слишком любезно.
Стоило фонарю машины захлопнуться у них над головой, Майлз скомандовал:
— Валяй, Айвен.
Айвен, переводя дух, откинулся на спинку кресла.
— Меня заманили.
«Для тебя это было неожиданностью, козел?»
— Леди Арвен и леди Бенелло?
— Они служили приманкой. За этим стоял Йенаро, я не сомневаюсь. Ты был прав, говоря, что тот чертов фонтан — ловушка, Майлз. Теперь я это тоже понимаю. Красота как наживка, все повторяется.
— Что с тобой случилось?
— До тебя доходили слухи о цетагандийских развратницах?
— Ну…
— Так вот, каким-то образом этот сукин сын Йенаро выставил меня полным импотентом.
— Гм… ты уверен? Я имею в виду, на это бывают естественные причины.
— Это была ловушка. Я их даже не соблазнял особенно, они сами меня затащили. Завели в эту комнату… должно быть, они специально обставляли ее так. Боже, это было… — Его голос прервался, и он вздохнул. — Это было потрясающе. Недолго. И потом я сообразил, что, гм, не в форме.
— Что ты сделал?
— Было слишком поздно уходить просто так. Поэтому я изворачивался — ничего другого мне делать не оставалось, а то бы они заметили.
— Что?
— Наплел им уйму варварских баек: ну, насчет изумительной способности форов к самоконтролю, что на Барраяре мужчине не принято… ну… раньше, чем женщине. Три раза. Я тер, я дергал, я похлопывал, я лизал, я кусал… у меня все руки стерты. — Майлз заметил, что у Айвена и речь не очень связная. — Я боялся, что они никогда не заснут. — Айвен помолчал, потом на лице его появилась слабая улыбка. — Но когда они уснули-таки, они улыбались. — Улыбка вновь исчезла. — Спорю на что угодно, что эти двое — главные гем-сплетницы на всей Эте Кита.
— Не буду спорить, — ответил Майлз, совершенно захваченный этой историей. «Что ж, пусть наказание не уступит преступлению». По крайней мере ловушка встретила достойную жертву. Кто-то проверял его уязвимые места. И кто-то так же откровенно проверял их у Айвена. — При желании спецотдел может за пару дней узнать для нас все слухи, что пойдут по этому поводу.
— Еще слово об этом, и я сверну тебе шею! Если только сначала найду ее.