— А, гости с Барраяра! — Лорд Йенаро отвесил более низкий поклон. — Счастлив видеть вас.
Майлз и Айвен поклонились в ответ. Майлз постарался, чтобы наклон его головы был на несколько градусов меньше, чем у Айвена: замечательная градация, жаль только, что лорд Йенаро скорее всего не заметил ее.
— Наши семьи исторически связаны, лорд Форкосиган, — продолжал Йенаро. — Знаменитые предки.
Майлз почувствовал волну возбуждения.
«Ох, черт, это ведь какой-то родственник покойного гем-генерала Эстаниса, и он специально прибыл поймать сына Эйрела Форкосигана…»
— Вы ведь внук генерала графа Петера Форкосигана, не так ли?
Тьфу. Древняя история. Майлз перевел дух:
— Совершенно верно.
— Значит, я в некотором роде ваш оппонент. Мой дед был гем-генерал Йенаро.
— О, тот самый командующий той несчастливой… как у вас ее называют? Барраярской экспедиции? Барраярской разведывательной операции? — оживился Айвен.
— Гем-генерал, проигравший Барраярскую войну, — спокойно ответил Йенаро.
— Право же, Йенаро, стоит ли об этом? — произнесла леди Гелла. Может, она в самом деле хотела дослушать рассказ Айвена?
Майлз мог бы рассказать ей историю и позабавнее — о том, как Айвен на учениях загнал свой взвод в такую грязищу, что их пришлось вытаскивать флаером…
— Я не сторонник теории персональной ответственности за несчастья, — дипломатично произнес Майлз. — Генералу Йенаро просто не повезло: он оказался последним из пяти гем-генералов, проигравших Барраярскую войну, и тем самым оказался козлом отпущения.
— Отлично сказано, — пробормотал Айвен; Йенаро тоже улыбнулся.
— Насколько я понимаю, этот объект в фойе ваш, Йенаро? — спросила дама, очевидно пытаясь спасти беседу от сползания в русло военной истории. — Немного банально, не так ли? Впрочем, моей матери нравится.
— Так, проба пера, — чуть иронично поклонился Йенаро. — Марилаканцы остались довольны. Причем индивидуальность зрителя слегка меняет изображение. Кстати, отдельные нюансы воспринимаются, только когда проходишь сквозь него.
— Я-то думала, вы специализируетесь на благовониях.
— Я сменил амплуа. Хотя я до сих пор считаю, что обоняние более чутко, чем зрение. Вы просто обязаны позволить мне изготовить вам духи. Этот ваш аромат жасмина никак не идет к такому нарочито заурядному платью, поверьте мне.
Ее улыбка стала слегка натянутой.
— Возможно.
В воображении Майлза тут же послышался лязг рапир и возглас: «Получи, негодяй!» Он изобразил улыбку.
— А по-моему, замечательное платье, — искренне запротестовал Айвен. — И аромат восхитительный.
— Гм, да, кстати, о вашей тяге ко всему экзотическому, — продолжал лорд Йенаро, обращаясь к леди Гелле, — знаете ли вы, что лорд Форпатрил рожден биологически?
Брови девушки удивленно поднялись; на гладком лобике появилась морщинка.
— Все рождаются биологически, Йенаро.
— Вы меня не поняли. Биологически в самом прямом смысле. Из чрева матери.
— У-у-у-у-у. — Она в ужасе наморщила носик. — Право же, Йенаро, сегодня вы несносны. Мать права, вы с вашей ретро-авангардной братией заходите слишком далеко. Боюсь, вам грозит безвестность, а если и слава — то дурная. — Ее гнев был направлен на Йенаро, но Майлз заметил, что она слегка отодвинулась от Айвена.
— На худой конец и это неплохо, — пожал плечами Йенаро.
«А я рожден в репликаторе», — чуть было не заявил Майлз, но промолчал.