— Это уже сделано, — холодно заметил Майлз. Брови Туна поднялись удивленно и уважительно.
— Я прибыл в Ступицу Хеджена в соответствии с контрактом, — продолжал Майлз, — действия по которому сейчас пришли в почти необратимый беспорядок. Я вернулся сюда не затем, чтобы поставить тебя во главу оперативного командования дендарийцами, — короткая пауза, пока взволнованные черты лица Туна пытаются остановиться на каком-то выражении, — если только ты не готов послужить моим интересам. Приоритеты и цели задаются мной. За тобой остается только определить «как».
И кто же кого поставит по главу дендарийцев? Пока этот вопрос не пришел в голову Туна.
— В качестве моего союзника, — начал Тун.
— Не союзника. Командира. И никак иначе, — сказал Майлз.
Тун стоял набычившись, его брови пытались найти устойчивое положение. Мягким тоном он наконец произнес:
— Похоже, малыш папаши Ки взрослеет.
— Этого и наполовину не достаточно. Ты участвуешь или нет?
— Другую половину я еще должен услышать, — Тун пожевал нижнюю губу. — Я участвую.
Майлз протянул руку:
— Договорились.
Тун сжал ее:
— Договорились, — его хватка была крепкой.
Майлз глубоко вздохнул:
— Хорошо. В прошлый раз я говорил не всю правду. Вот что на самом деле происходит, — он начал вышагивать, трясясь не только из-за остаточного шока от нейробластера. — Я действительно имею контракт с заинтересованной третьей стороной, но не на «анализ военных сил» — это была маскировка для Оссера. Та часть, где я говорил тебе о предотвращении планетарной гражданской войны, была не маскировкой. Меня наняли барраярцы.
— Обычно они не используют наемников, — сказал Тун.
— Я не обычный наемник. Мне платит барраярская Имперская Служба Безопасности. — Боже, наконец-то хоть одна полная правда. — За то, чтобы я нашел и спас некоего заложника. Помимо этого я надеюсь помешать уже приближающемуся цетагандийскому флоту вторжения захватить Ступицу. Нашей второй по значимости стратегической задачей будет удержание обеих сторон верванского червоточного скачка и чего только можно еще до прибытия барраярских подкреплений.
Тун прокашлялся.
— Второй по значимости? А если они не прибудут? Им ведь предстоит пересечь Пол… И, э-э, спасение заложников обычно имеет меньший приоритет, чем общефлотские тактические операции, а?
— Учитывая личность заложника, я гарантирую, что они прибудут. Был похищен барраярский император, Грегор Форбарра. Я нашел его, потерял и теперь должен заполучить его обратно. Как ты понимаешь, я ожидаю, что награда за его благополучное возвращение будет значительной.
Лицо Туна явило образ смятенного озарения:
— Тот тощий неврастеничный мерзавец, которого ты давеча вел на буксире… Неужто это был он самый?
— Да, это был он. И, между нами, ты и я умудрились доставить его прямиком к командору Кавило.
— Вот дерьмо, — Тун почесал свой слегка заросший череп. — Она продаст его в руки цетагандийцам.
— Нет. Она хочет получить награду у Барраяра.
Тун открыл рот, закрыл, поднял палец:
— Минутку…
— Там есть свои сложности, — беспомощно признал Майлз. — Вот почему я собираюсь делегировать простую часть — удержание червоточины — тебе. Спасение заложника будет моей задачей.
— Простую. Дендарийские наемники. Все пять тысяч. В одиночку. Против Цетагандийской Империи. Ты что, за последние четыре года разучился считать?
— Подумай о славе. Подумай о репутации. Подумай, как здорово это будет выглядеть в твоем послужном списке.