Читать книгу «Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15» онлайн.
— Вот как? — слегка удивился Ноймаринен. — Разумеется, выбор за вами, но потрудитесь объяснить причину.
Причин было аж три, но хватило бы и одной, по имени Урфрида. Отец порой может не потакать сыну, но доченьке… Особенно когда поганка топает ножками и вопит: «Хочу!» Маркграфиня положила глаз на Савиньяка, а Селина ей мешала. Пока лишь в воображении, но любящим родителям важны слезиночки кровиночки, а не то, как оно есть на самом деле. Второй причиной был сам Савиньяк, которого чем дальше, тем больше хотелось изловить. Госпожа Арамона грустно вздохнула.
— Я боюсь встречи с… новой графиней Креденьи и бывшими унарами моего покойного супруга. По крайней мере, до замужества Селины.
— Да, — герцог внезапно улыбнулся, — ваш отец потряс многих. К счастью для Талига, вы ничем не напоминаете свою матушку. Как по-вашему, почему ее величество согласилась с решением супруга остаться в столице, вы ведь при этом присутствовали?
— Тогда я подумала, что его величество уперся и ее величество, поняв это, решила не спорить.
— А сейчас?
— И сейчас так думаю, — не моргнув глазом объявила Луиза.
Регент кивнул и побрел дальше; сзади он казался старше, чем спереди.
— Граф Гогенлоэ расспросит вас и вашу дочь о том, чему вы были свидетелями. Считайте, что вы рассказываете мне.
— Да, монсеньор. — Сейчас капитанша говорила чистую правду. Она никоим образом не собиралась откровенничать не только с Гогенлоэ, но и с регентом, только что повторившим ошибку Манрика. Тот тоже не сомневался, что ему будут служить, только вся преданность Луизы принадлежала детям, герцогу Алва, ну и немножко дому Савиньяк.
Свечи догорели, новые Ли зажигать не спешил, а лунные отблески темноту внутри дома побороть не могли. Сваленные на стол карты, напоминая о себе, неприятно белели, но маршал не спешил их разворачивать.
Рудольф переехал в Тарму, собрался форсировать Хербсте и ждал от маршала Савиньяка мыслей на сей счет, но маршал Савиньяк не сомневался: затея невыполнима, и отнюдь не из-за Бруно, как бы тот ни поумнел и ни осмелел. Золотые земли самое малое с двух концов пожирала чума, это было очевидно варварам, но не человеку с цепью регента Талига. Когда-то Рудольф, Вольфганг, Сильвестр, Бертрам с дядюшкой Гектором высились несокрушимой всезнающей стеной, за которой резвился молодняк. Это чувство пережило мятежи Борна и Окделла и рухнуло от ерунды.
Первым засбоил кардинал, но это не казалось фатальным… Ли отлично помнил день, когда они с Алвой наконец признали трещину трещиной и решили ее незаметно залатать. Рокэ «погнался за какой-то юбкой» и не явился ни во дворец, ни домой, а ночью, «получив свое», умчался в чем был к армии, опередив королевский приказ и успев все сделать по-своему. Подвоха никто не заподозрил, только Сильвестр прочел «не знавшему» об интрижке приятеля Савиньяку нотацию о вражеских кознях и убийствах с помощью женщины. Кое-что Лионель позже пустил в ход, но кардинал вряд ли узнал собственные советы.
— Ли… Ты не спишь? Я могу войти?
— Конечно, мама.
Она все же открыла дверь не сразу, маршал успел высечь огонь и зажечь пару свечей.
— Не погулять ли нам? — Мать уже была в мантилье. — В северных домах летом можно задохнуться.
— Не во всех, — засмеялся Лионель, берясь за мундир. — Но от получаса в саду я не откажусь.
Вряд ли их подслушивали, и все же среди запущенных цветников легче не только дышалось, но и говорилось.
— Рудольф выжал наших дам досуха. — Мать проследила взглядом за ночной бабочкой. — Больше всего его занимает Октавианская резня… Карты не развернуты, значит, ты думал не о войне? Тогда о чем?
— Сперва о Рудольфе, потом о Сильвестре. Ты еще не писала о драконах, которых слишком многие хотят убить и иногда убивают? Только хуже всего, когда дракон, всех сожрав, издыхает без посторонней помощи, причем неожиданно для себя самого…
— Или не издыхает, но, разучившись летать, загораживает молодняку выход из пещеры? Ли… Тот же Бертрам понял, что никогда больше не сможет ходить, и пережил это. Он не шарахнется ни от какой правды, даже самой дикой. И я тоже.
— Я знаю. Иначе я говорил бы с тобой о ночных бабочках.
— Не надо. Я и дневных-то не очень люблю. Из-за Гектора — негодник показывал мне бабочек без крыльев и говорил, что это ядовитые тараканы. Ты уже понял, где ошибся Вольфганг?
— Я понял, что бы на месте фок Варзов делал я, но к чему это привело бы, никто никогда не узнает. В любом случае, сейчас не до того.
— Но ты пока не собираешься стрелять в Рудольфа?
— Это терпит. По крайней мере, до возвращения Уилера и появления послов, но завтра грядет новый разговор. Боюсь, спрятаться за женщин второй раз мне не удастся.
— Так ты за нас прятался?
— Я хотел, чтобы он вас выслушал спокойно. Ты не собираешься писать Бертраму и дядюшке Рафиано?
— Собираюсь. Что именно?